Закон

Заключать под стражу будут следственные судьи

В России может появиться институт следственных судей, которые будут заниматься рассмотрением жалоб на действия следователей и дознавателей.

Соответствующее поручение президента было дано еще четыре года назад, но тогда дискуссия о новом надзорном органе быстро зашла в тупик.

Сейчас ее фактически поддержал председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев, активно продвигающий различные законодательные меры, направленные на декриминализацию определенных статей Уголовного кодекса и усиление правозащитной роли судов.

Об идее вернуться к введению в России института следственных судей глава Верховного суда (ВС) Вячеслав Лебедев заявил на прошедшем сегодня в Москве семинаре-совещании председателей судов субъектов России, на котором подводились итоги работы в 2017 году.

В президиуме, помимо господина Лебедева, находились генпрокурор Юрий Чайка, а также руководители МВД и ФСБ Владимир Колокольцев и Александр Бортников. Председатель ВС особо отметил, что в прошлом году в суды поступило 120 тыс. жалоб на действия или бездействие следователей, поданных в рамках ст. 125 УПК РФ.

Из них, согласно статистике суда, в 76% случаев обращения остались без рассмотрения, по 25 тыс. суды вынесли отказные решения, а удовлетворено было около 5 тыс. заявлений.

«В целях повышения эффективности контроля за деятельностью органов следствия и дознания следует обсудить вопрос о введении в УПК РФ института следственного судьи»,— отметил на фоне этой неутешительной статистики господин Лебедев.

Всего, по данным ВС РФ, в прошлом году судами были осуждены 744 тыс. человек. В отношении 202 тыс. уголовное преследование было прекращено.

При этом оправданы были лишь 2,9 тыс. человек, а в отношении еще 9 тыс., которых признали невменяемыми, были применены меры принудительного медицинского воздействия. Стоит отметить, что большая часть уголовных дел — 66% — была рассмотрена судами в особом порядке.

Он подразумевает признание подсудимым своей вины, а сам процесс укладывается в одно-два заседания, так как проходит в упрощенном порядке без исследования доказательств и допроса свидетелей. В этот же период суды по всей стране рассмотрели 126 тыс.

ходатайств следствия об избрании для подозреваемых и обвиняемых меры пресечения в виде содержания по стражей. Почти все они были удовлетворены, и лишь в 8 тыс. случаев судьи отказывали органам предварительного следствия в отправке фигурантов расследования в СИЗО.

Появление следственных судей, по мнению Вячеслава Лебедева, должно уменьшить количество нарушений закона. При этом сами следственные судьи не должны искать доказательства виновности или невиновности обвиняемых, их задача — реагировать на поступающие жалобы.

Надо отметить, что вопрос о введении нового института надзора в России обсуждается уже давно.

В 2014 году возможность его появления и обсуждения связанных с этим вопросов была закреплена в соответствующем поручении президента, который предложил всем заинтересованным сторонам представить свои предложения к 2015 году.

По данным источников “Ъ”, был даже составлен текст законопроекта, однако дальше его обсуждения дело не пошло. Речь шла о том, что в России будет создан штат следственных судей всего из 336 человек.

Однако потом между ведомствами начались разногласия, связанные в том числе и с тем, как следственные судьи будут работать, например, в отдаленных регионах. Кроме того, не нашлось финансирования на новую структуру. Против были и представители следствия, которых вполне устраивает сложившаяся сейчас система обжалования.

Президент Федеральной палаты адвокатов (ФПА) России Юрий Пилипенко заявил “Ъ”, что предложение Вячеслава Лебедева он полностью поддерживает.

«На данный момент следствие фактически бесконтрольно, а потому категорически хочется введения нового института надзора за ним»,— сказал господин Пилипенко.

По его мнению, сейчас возможности обжаловать в суде действия следователя или дознавателя довольно ограничены, а потому «следствие никого не боится».

«Фактически сейчас контроль за следователем осуществляет его коллега — руководитель следственного органа», — отметил глава ФПА, подчеркнув, что силовиков подобная ситуация вполне устраивает, так как система уже отлажена, но она «не устраивает общество».

Теперь, по словам господина Пилипенко, необходимость перемен признали даже в таком консервативном органе, как ВС. При этом следует напомнить, что многие идеи, направленные на декриминализацию Уголовного кодекса, усиление со стороны судов надзора за следственными действиями, ради которых продлеваются аресты и пр.

, высказанные господином Лебедевым на подобных совещаниях и съездах, впоследствии в качестве законопроектов были внесены пленумом ВС в Госдуму и в большинстве своем приняты ею.

На сегодняшнем совещании, например, отмечалось, что благодаря активной законотворческой деятельности судей удалось существенно, на несколько десятков тысяч, сократить количество лиц, отправляемых в колонии за незначительные преступления.

Источник: Коммерсантъ

Следственные судьи так и не появятся в России?

10 декабря, в День прав человека, Владимир Путин провел традиционное заседание Совета по развитию гражданского общества и правам человека. В этом году оно прошло в онлайн-формате.

Следственных судей не будет?

Генри Резник призвал Президента РФ искоренить осуждение очевидно невиновныхНа заседании СПЧ вице-президент ФПА также обозначил необходимость расширения компетенции суда присяжных, введения фигуры следственного судьи и обеспечения реальной возможности защитника представлять заключение специалиста

В своем выступлении председатель СПЧ Валерий Фадеев отчитался о том, как идет работа по поручениям, которые президент дал год назад. «Три взаимосвязанных предложения изложил год назад Генри Маркович Резник: это расширение составов преступлений для суда присяжных, введение института следственных судей, а также проблема судебной экспертизы. По всем трем предложениям ведется работа. Предложения одобрены Верховным Судом, о чем Верховный Суд России уведомил Совет. По судебной экспертизе подготовлен законопроект, в соответствии с которым сторона защиты наделяется правом назначать такую экспертизу. Это очень важный аспект, который уравнивает в этой части права обвинения и защиты», – отметил он.

Напомним, что, говоря о следственном судье, Генри Резник указывал: «В 2015 г. вы давали поручение вопрос этот проработать. Он был проработан. Все правоохранительные ведомства выступили против, при невнятной позиции Верховного Суда. Две недели назад Вячеслав Михайлович Лебедев публично сказал: “Вообще, идея интересная, конечно, и надо бы к ней вернуться”».

В этот раз сразу после Валерия Фадеева, который подтвердил, что предложение о введении следственных судей прорабатывается, о той же проблеме упомянул президент регионального общественного фонда противодействия организованной преступности и коррупции «Антимафия» Евгений Мысловский.

«Юридической общественностью уже давно обсуждаются проблемы, известные еще со времен Древнего Рима: кто будет сторожить сторожей? На создание так называемого сторожа для сторожей были направлены предложения, в том числе и наши, о введении в структуре УПК специального прокурора или следственного судьи.

Но эти предложения так и не вышли за рамки внутренних юридических дискуссий», – сказал он.

Президент России прислушался к Генри РезникуВ утвержденном перечне поручений по итогам встречи с членами СПЧ содержится указание на рассмотрение вопросов о наделении стороны защиты правом назначать судебную экспертизу и о расширении полномочий суда присяжных

В прошлом году в ответ на предложения Генри Резника президент ответил: «Следственный судья: нужно посмотреть уже на экспертном уровне, как это работает, где и как это должно работать у нас. Думаю, т.е.

уверен, что с этим нужно разбираться. Нужно посмотреть на экспертном уровне, как это функционирует».

Затем президент дал поручение Верховному Суду рассмотреть вопрос о целесообразности введения института следственного судьи.

Однако в этот раз Владимир Путин идею не поддержал. «Что касается следственного судьи. Такой институт у нас был, но был очень давно, еще во времена наших первых реформ при Александре II Но он не прижился у нас, этот институт, он начал постепенно угасать и ушел в конце концов это не панацея от предотвращения каких-то негативных явлений в сфере следствия и дознания», – считает президент.

Члены СПЧ хотят, чтобы российское государство было гуманнее

Следователи не смогут отказывать заключенным под стражу в свиданиях с родственниками?В Госдуму внесен законопроект, гарантирующий право на телефонные переговоры и встречи с родственниками без специального разрешения

Заместитель председателя ОНК г.

Москвы и член Общественного Совета ФСИН России Ева Меркачева попросила президента поддержать два законопроекта, разработанных при участии СПЧ: «Один предусматривает для заключенных в СИЗО звонки и свидания с самыми близкими без разрешения следователя.

А второй позволяет изымать тотально переписку заключенного только по решению суда».

Владимир Путин, согласившись с важностью этих инициатив, добавил: «Мы знаем такие примеры, когда люди, которые находятся в местах лишения свободы, продолжают совершать преступления, к сожалению, в режиме онлайн и пользуются современными техническими средствами, чтобы обнулять счета добропорядочных граждан Поэтому здесь нужно в рамках здравого смысла все делать».

Федеральный судья в почетной отставке Галина Осокина напомнила, что Верховный Суд разработал законопроект об уголовном проступке. «Понятие предлагается распространить на 112 составов преступлений. По ним в 2019 г. были осуждены более 68 тыс. человек, из них более 35 тыс.

– впервые совершившие преступления, – указала она. – Если законопроект будет принят, то гражданин, который совершил указанные деяния впервые, будет признаваться совершившим уголовный проступок и освобождаться от уголовной ответственности».

Читайте также:  Как вернуть денежные средства списанные сотовым (мобильным) оператором связи?

Владимир Путин подтвердил, что готов поддержать эту инициативу.

Адвокаты оценили предложенный ВС РФ новый вариант законопроекта о введении уголовного проступкаОдин из них усомнился в целесообразности такого нововведения, другая высказалась за его детальную проработку, а третий поддержал такую инициативу, но отметил, что двойное возмещение ущерба напоминает индульгенцию от правосудия

Председатель правления региональной общественной организации «Независимый экспертно-правовой совет» Мара Полякова сообщила, что при поддержке СПЧ ученые Сергей Пашин и Людмила Карнозова разработали законопроект о примирительных процедурах в уголовных делах в отношении несовершеннолетних. «В Архангельской области по тем делам, где проводились программы примирения, повторно совершили преступления 5,6%, а по делам, где не проводились эти программы, – 25,3%. В Пермском крае после проведения программ примирения совершили преступления 4,1%, т.е. рецидив был 4,1%, а за этот же период там, где не использовались программы примирения, рецидив составлял 20,2%», – указала Мара Полякова. Однако многие судьи из-за отсутствия законодательной регламентации остерегаются участвовать в этом процессе, добавила она.

По мнению президента, необходимо продумать, как исключить давление на потерпевших. «Если уход от уголовной ответственности возможен по примирению сторон и количество составов будет расширяться, то мы можем себе представить, что увеличится и количество случаев давления на потерпевшего с целью добиться этого самого примирения, что тоже недопустимо», – считает он.

Руководитель отдела «Регионы» Russia Today Екатерина Винокурова предложила ввести институт условного помилования с испытательным сроком. «Это может касаться, например, людей, осужденных по ст. 228 [УК РФ].

Это наркопотребители, которые первый раз попались и сразу же “уехали” на много лет. Если ввести институт условного помилования, то такие люди смогут по помилованию выходить на свободу, если они не будут нарушать закон повторно.

Если происходит повторное правонарушение, помилование отменяется», – объяснила она.

Идея помилования в сфере незаконного оборота наркотиков президенту не понравилась: «Знаете, совсем даже не хочется туда забираться.

Такая опасность это для государства, для общества – незаконное распространение наркотиков и прекурсоров – такая колоссальная опасность для молодежи.

Во многих странах смертная казнь предусмотрена за распространение наркотиков, а вы предлагаете здесь либерализовать это дело».

Напомнив об уголовном деле Ивана Сафронова, Екатерина Винокурова подчеркнула важность доработки ст. 275 УК РФ о государственной измене.

«В нынешнем виде эта статья прописана так, что госизменой является в том числе любая консультационная, материальная, нематериальная, иная помощь, которая в итоге приходит к тому, что она используется иностранными разведками во вред нашему государству, – напомнила она.

– Но проблема в том, что по этой статье можно в нынешнем виде посадить весь СПЧ, потому что у всех есть знакомые-иностранцы, и мы не знаем, может ли кто-то из них быть завербован, кто-то не завербован и т.д., у нас нет квалификации оценить.

Можно сажать все журналистское сообщество России, потому что, опять же, журналисты общаются с иностранными коллегами». Владимир Путин пообещал обратить внимание на эту проблему.

Члены Совета затрагивали и другие вопросы. Просили внести законопроект о широкой амнистии, защитить цифровые права граждан и не регулировать слишком жестко деятельность НКО, признанных выполняющими функции иностранного агента.

Рассказывали о нарушении прав журналистов, экологических сложностях и проблемах, связанных с вахтовым методом работы. Евгений Мысловский даже предложил создать российский суд по правам человека.

Владимир Путин заметил, что это потребует дополнительного финансирования, но назвал идею правильной.

Важный инструмент следователя: почему не пустеют СИЗО — новости Право.ру

В России существует восемь видов мер пресечения: от подписки о невыезде до заключения под стражу.

Чем менее тяжкое преступление инкриминируется обвиняемому, тем больше у него шансов получить меру, которая не будет связана с лишением свободы, говорит Дмитрий Солдаткин, управляющий партнёр Федеральный рейтинг.

группа Семейное и наследственное право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Уголовное право
. Закон предусматривает, что если наказание по вменяемому составу не превышает трёх лет лишения свободы, то под стражу фигуранта такого дела стоит отправлять только в исключительных случаях.

Тем не менее следователи стараются заключить обвиняемых именно в СИЗО. На начало текущего года там находилось 99 722 человека. Из них 9625 – в столичных изоляторах. Это почти на 11% выше установленной нормы. Лимит численности заключённых, которые находятся в московских СИЗО, превышен седьмой год подряд. 

Сколько можно держать под стражей

Действующим законодательством предусмотрено, что держать обвиняемого под стражей при расследовании преступления можно не дольше двух месяцев по общему правилу. Но этот срок УПК позволяет продлевать. 

  • 2 месяца под стражей. Чтобы продлить этот срок, следователь сообщает суду, что не успел завершить предварительное расследование.
  • 6 месяцев под стражей. Чтобы продлить этот срок, необходимо наличие сразу двух условий. Во-первых, обвиняемому инкриминируют совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Во-вторых, следователь должен указать конкретные обстоятельства, свидетельствующие об особой сложности уголовного дела.
  • 12 месяцев под стражей. Чтобы продлить этот срок, обвиняемый должен проходить по категории особо тяжких преступлений (убийство, получение взятки в крупном и особо крупном размере, вымогательство, совершённое в особо крупном размере или совершённое организованной группой).
  • 18 месяцев под стражей – максимальный срок под стражей на стадии предварительного расследования.

Не позже чем за месяц до того, как истекают предельные полтора года в изоляторе, следователь обязан предоставить обвиняемому и его защите материалы дела для ознакомления. Если сотрудники правоохранительных органов не успеют это сделать, то арестанта должны немедленно освободить. Но на этом этапе начинаются новые хитрости силовиков.

Во-первых, следствие может возобновить предварительное расследование по надуманным или заранее подготовленным основаниям, говорит бывший следователь СКР по особо важным делам, а теперь партнёр Федеральный рейтинг. группа Уголовное право 16место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 41место По выручке Профайл компании
Алексей Новиков.

Таким образом, как минимум ещё три месяца пребывания обвиняемого в СИЗО фактически гарантировано. 

Ещё один вариант – затянуть саму процедуру ознакомления с делом. В законе нигде не указано, что следователь на этом этапе обязан предоставить все материалы дела сразу.

Иногда это невозможно из-за технических причин, замечает адвокат Федеральный рейтинг.

группа Уголовное право Профайл компании
Артем Чекотков: «И уложившись один раз в установленный законом срок, следователь в дальнейшем может предъявлять обвиняемому тома дела порционно, по одному-два в неделю». 

Экс-следователь МВД, адвокат Региональный рейтинг.
Фархад Тимошин подтверждает такой подход и объясняет его ещё и тем, что к началу ознакомления дело обычно не сшито и не пронумеровано: «Есть пару томов, которые дают читать по 50–100 страниц в день. А за это время доделывается и дошивается всё остальное задними числами».

Процесс затягивается, и следователь просит суд оставить обвиняемого под стражей, чтобы «завершить ознакомление обвиняемых и их защитников в связи со значительным объёмом материалов уголовного дела».

В таких случаях суд обязан выяснить, из-за чего случилась подобная задержка и не произошла ли она из-за неэффективной работы следователя (Постановление Пленума Верховного суда № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога»).

Но на практике суды фактически не проверяют обоснованность доводов силовиков, констатирует Людмила Щедрова из Федеральный рейтинг. группа Уголовное право
.  

Другая хитрость – вменить арестованному ещё один состав, но более тяжкий. Тех, кто проходит по мошенническим статьям, следователи обвиняют в создании преступной группы (ст. 210 УК), приводит пример юрист. Благодаря такой «искусственной квалификации» срок содержания под стражей получается продлить с одного года до полутора лет. 

Обсуждаемые сроки относятся только к стадии предварительного расследования. Когда дело передали в суд или вернули прокурору для допследствия, срок содержания под стражей начинает исчисляться заново. Таким образом, суд может продлить арест обвиняемому при возвращении дела в надзорный орган, даже если тот просидел в изоляторе уже гораздо дольше 18 месяцев.

Из-за подобного регулирования житель Московской области Сергей Махин провёл под арестом более пяти лет: его дело суд дважды возвращал в прокуратуру. Обвиняемый обжаловал в Конституционном суде нормы УПК, которые позволяют держать арестанта в СИЗО неограниченное количество времени.

Но КС признал подобное регулирование правомерным, указав лишь на необходимость исправлять все ошибки следствия в разумные сроки. 

На практике следователь часто пытается поместить обвиняемого под стражу, чтобы оказать на него давление, если тот сам не признаёт свою вину, объясняет адвокат Федеральный рейтинг. группа Уголовное право
Николай Яшин.

Следователь в этом случае приводит формальные доводы, говорит эксперт: «Например, что лицо не обременено семьёй или официально не трудоустроено, обвиняется в совершении тяжкого / особо тяжкого преступления, а потому может скрыться».

Но подобный подход выглядит устаревшим в век современных технологий, говорит Вячеслав Яблоков, управляющий партнёр Региональный рейтинг.

Читайте также:  Что мне грозит при управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения?

группа Налоговое консультирование и споры группа Уголовное право группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции
: «Когда есть браслеты слежения, а сигнализация срабатывает моментально – стоит только обвиняемому отдалиться на 30–50 метров от того места, куда его поместили под домашний арест». Юрист соглашается с коллегой и тоже утверждает, что отправка в изолятор – это способ сделать человека сговорчивее и побудить его признать вину, этот способ облегчает работу правоохранителям. 

Я не знаю ни одного случая, когда помещённый под домашний арест человек скрылся. Бывают редкие случаи, когда опоздал с прогулки на несколько минут, нарушил периметр прогулки (ушёл дальше установленных 2 км) или домой приехал кто-то из лиц, проходящих по делу. Но чтобы кто-то сбежал или угрожал свидетелям, находясь под домашним арестом, я таких случаев не знаю.

Вячеслав Яблоков, управляющий партнёр «Яблоков и партнеры»

Состояние изоляторов

Главным испытанием за решёткой становятся неудовлетворительные условия в российских изоляторах. Жалобы на это ежегодно доходят до ЕСПЧ.

В 2012 году Страсбургский суд по делу «Ананьев и другие против России» обязал Россию срочно принять меры для устранения пыточных условий содержания в СИЗО.

Суд указал, что переполненность изоляторов связана со злоупотреблением арестами как мерой пресечения, а у заключённых россиян отсутствуют эффективные средства правовой защиты. При этом на подобные нарушения жалуются арестанты и из столичных изоляторов.

Так, Сергей Караченцев из Петербурга отсудил в ЕСПЧ компенсацию за то, что почти год содержался в переполненной камере размером 18 кв. м, где на восьми спальных местах разместили 10 заключённых, хотя норма площади для одного заключённого СИЗО – не менее 4 кв. м. 

По словам Яшина, доводы жалоб в ЕСПЧ на условия содержания в изоляторах обычны сводятся к нескольким моментам: 

  • перенаселённость камер, из-за чего приходится спать по очереди; 
  • наличие паразитов (клопов, вшей, тараканов); 
  • необходимость справлять нужду в камере на виду у всех сокамерников;
  • нахождение курящих и некурящих в одной камере при отсутствии вентиляции; 
  • металлические жалюзи на окнах, которые мешают пропускать солнечный свет в камеру.

Эксперт утверждает, что постепенно условия в столичных и подмосковных изоляторах меняются в лучшую сторону: «У одного из доверителей в камере был огороженный туалет, а если и было перенаселение, то временное и на пару человек». Тем не менее всё может зависеть от конкретной камеры, подчёркивает Яшин: «Даже в рамках одного СИЗО условия содержания могут отличаться». 

Все зависит от региона, руководства учреждения, наполненности изоляторов и многих других факторов. Где-то введена и успешно функционирует электронная очередь, где-то сделан ремонт или вовсе открыто новое СИЗО, а есть и такие, где не требуют разрешения должностного лица на посещения подзащитного.

Но переполненность СИЗО, отсутствие полного штата сотрудников, недостаточное количество следственных кабинетов сводят на нет все улучшения. При переполненном СИЗО возможность записаться в электронную очередь возникает порой раз в неделю. Отсутствие полного штата сотрудников и нежелание таковых работать приводят к тому, что вывод подзащитного в следственный кабинет приходится ждать часами.

Только комплексный подход в каждом таком учреждении может изменить сложившуюся плачевную ситуацию. 

Постепенно пытаются решить проблему и с допуском адвокатов к подзащитным. Для этого в СИЗО вводят электронную очередь. Но пока такая система работает лишь в 60 изоляторах, треть из которых находится в столичных регионах: Москве, Петербурге, Подмосковье и Ленобласти.

Но в большинстве субъектов РФ ситуация с проходом к доверителям остаётся на затруднительном уровне, констатирует Щедрова. Даже в столице до сих пор действует неписаное правило, что адвоката не пропустят к подзащитному в СИЗО без разрешения от следователя, рассказывает партнёр Федеральный рейтинг.

группа Уголовное право Профайл компании
Тимур Хутов: «Да, это незаконно, да, можно обжаловать, но на обжалование уйдет два-три месяца, в течение которых человек будет находиться без поддержки». 

Изменение меры, новая норма

Если изначально ареста не удалось избежать, то стоит попробовать смягчить меру пресечения в дальнейшем. Во-первых, это можно сделать по формальным основаниям – когда меняется стадия уголовного судопроизводства. Если все следственные действия прошли, доказательства собрали, то суд вправе прийти к выводу, что излишне дальше держать человека под стражей, объясняет Щедрова.

Не лишним будет привлечь аппараты омбудсменов, СМИ и общественность, рекомендует Новиков. Но, по его словам, намного эффективнее предупредить арест, нежели потом «поворачивать государственную машину вспять». Второй вариант – изменить меру пресечения по «субъективным» основаниям.

Такое возможно, когда арестант признаёт вину, активно сотрудничает со следствием и изобличает других соучастников. 

Карточки Домашний арест: как пережить его бизнесмену

Наконец, самый удачный расклад событий – арест отменяют, так как нет доказательств, что обвиняемый будет мешать расследованию, может скрыться или продолжит заниматься преступной деятельностью, говорит юрист.

Тогда обвиняемого могут отправить под домашний арест, выпустить под залог, личное поручительство или подписку о не выезде либо применить в отношении него новую меру – запрет определённых действий (ст. 105.1 УПК). Её ввели у нас весной прошлого года.

В зависимости от тяжести преступления сроки такой меры составляют 1–3 года. 

Чтобы запретить какие-то действия, судье необходимо как можно детальнее погрузиться в обстоятельства конкретного дела.

И в этом случае не получится ограничиться общими фразами и ссылками на то, что обвиняемый может угрожать неопределённым абстрактным лицам, отмечает Чекотков.

Зато такая мера будет способствовать эффективному расследованию, уверен эксперт. По данным Caselook, её применяют в основном к фигурантам дел о краже или мошенничестве. 

Вместе с тем введение новой меры пресечения ухудшило положение тех, кому выбирают домашний арест. По старым правилам таким арестантам в определённых случаях разрешались прогулки, но сейчас суды исходят из того, что запрет покидать жилое помещение является абсолютным, замечает Солдаткин.

Так как домашний арест применяется чаще, чем запрет определённых действий, то введение ст. 105.1 УПК ухудшило положение арестантов, констатирует юрист.

Недоработкой законодателя является и тот факт, что пока время, на которое запретили те или иные действия, никак не засчитывается в окончательный срок наказания, подчёркивает эксперт. 

Роль суда и законодателя 

Опрошенные эксперты сходятся в том, что нужно сделать более активной роль суда, когда речь идёт об определении меры пресечения и её продлении. Именно суд должен пресекать ситуации, когда следователь обосновывает невозможность завершить расследование исключительно голословными, а иногда и ложными фактами, обращает внимание Щедрова.

По её словам, в ходатайстве следователя о продлении срока содержания под стражей порой можно встретить заверения в том, что продление срока требуется для осмотра фонограмм или видеозаписей, а это требует большого количества времени.

Но затем, уже в стадии ознакомления с материалами дела, выясняется, что эти действия либо вообще никогда следователем не проводились, либо проводились в другой период времени, рассказывает юрист. 

Ещё одна порочная практика, от которой стоит избавиться, – попытки следователей «обойти» законодательный запрет, по которому нельзя отправлять в СИЗО предпринимателей.

По словам Щедровой, суды в таких случаях отправляют бизнесменов в СИЗО, пользуясь абстрактной формулировкой, что «деяния, инкриминируемые обвиняемым, не могут быть расценены как непосредственно связанные с законной предпринимательской деятельностью».

Хотя с точки зрения ГК эти действия отвечают всем признакам предпринимательской деятельности, отмечает эксперт. 

Для начала необходимо добиться соблюдения уже действующего закона. Что-то изменять и вводить всё новые и новые нормы нет никакого смысла, если они всё равно не будут исполняться. Нужно приложить максимум усилий, чтобы исключить формальный подход к исполнению своих обязанностей должностными лицами.

Алексей Новиков, партнёр АБ «ЗКС»

Хутов объясняет подобную жёсткость судов по обсуждаемому вопросу тем, что судьи боятся принимать мягкие решения, чтобы их не заподозрили во взятках. Ещё одна причина – судьи не всегда знают реальные условия в российских изоляторах, полагает Яблоков.

Чтобы исключить такой фактор, он предлагает ввести обязательное посещение СИЗО хотя бы раз в три года для тех судей, которые дежурят по арестным материалам: «И не просто по двору походить, а побывать в камере, увидеть жизнь и быт человека, посмотреть на условия, в которые своими решениями человека отправляют».

Юрист уверен, что такое нововведение будет эффективнее любых разъяснений высшего судебного органа страны. 

Законы у нас великолепные, а при их соблюдении СИЗО можно разгрузить, но вот правоприменение хромает. Все кивают друг на друга.

Фархад Тимошин, адвокат АБ «Торн»

Ещё одной концептуальной новеллой может стать введение системы обязательных критериев, по которым будут оценивать общественную опасность лица и вменяемого ему преступления. Такой вариант предлагает адвокат, партнёр Федеральный рейтинг. группа Уголовное право Профайл компании
Матвей Протасов, который считает подобные критерии более объективными, чем просто тяжесть преступления. 

  • 1) По объективной стороне деяния: обвиняемый совершил насильственное или ненасильственное преступление. 
  • 2) По мотиву и цели: корыстный, хулиганский или с целью обороны. 
  • 3) По свойствам самого субъекта: впервые совершил или нет, имеет ли склонность к насилию, какие у него характеристики. 
  • Запрет на заключение под стражу по «предпринимательским» преступлениям – частный случай применения такой концепции.
Читайте также:  Кому писать ходатайство о возврате вещей, которые не были признаны вещественными доказательствами?

Другая проблема, что действующий закон не предусматривает возможности комбинировать ограничения для обвиняемого. Это приводит к тому, что следователь избирает самый благоприятный для себя вариант – заключение под стражу, констатирует Чекотков.

А в идеале, по его словам, нужно из массы разных запретов конструировать оптимальный вариант обеспечительного механизма, который подойдёт к конкретной ситуации. Он приводит в пример Францию, где альтернативой заключению под стражу является так называемый институт судебного контроля, который включает в себя 16 вариантов ограничений.

И следственный судья может их комбинировать, изменять или отменять по собственному усмотрению.

ВС: изначальный арест не должен автоматически продлеваться на все время следствия

Суды не должны автоматически продлевать аресты обвиняемых: изначально выбранная мера пресечения в виде содержания под стражей не означает, что она должна сохраняться на все время следствия и суда, указывает Верховный суд (ВС) РФ в своём первом обзоре судебной практики за 2019 год. Он подчеркивает, что обстоятельства, из-за которых задержанного отправили в СИЗО, не всегда являются достаточными для продления меры пресечения, связанной с лишением свободы.

  • «Продление срока содержания обвиняемого под стражей может иметь место только при подтверждении достаточными данными наличия предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения.
  • При этом обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей», — отмечает высшая инстанция.
  • ВС в обзоре сослался на постановление Славгородского городского суда Алтайского края, который продлил на 5 месяцев арест обвиняемого в грабеже и вымогательстве (определение № 51-УД18-16).
  • В кассационной жалобе адвокат, оспаривая законность постановлений о продлении содержания под стражей, указывал, что суд первой инстанции формально отнесся к рассмотрению ходатайства следователя, устранился от исследования обоснованности приведенных в нем доводов и без надлежащей проверки продлил срок ареста.
  • Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ эту позицию поддержала и отменила постановление.
  • Достаточные обстоятельства
  • ВС пояснил, что согласно положениям части 1 статьи 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для ее избрания, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

«По смыслу закона продление срока содержания обвиняемого под стражей может иметь место только при подтверждении достаточными данными предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения.

При продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу», — отмечает ВС.

  1. Он указывает, что сами по себе обстоятельства, на основании которых фигурант дела был заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления этой меры пресечения.
  2. «По истечении времени эти обстоятельства перестают быть достаточными для продления срока действия данной меры пресечения, в связи с чем при решении вопроса о продлении этой меры пресечения суду надлежит устанавливать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей, для чего при рассмотрении соответствующего ходатайства, необходимо исследовать иные значимые обстоятельства», — поясняет высшая инстанция.
  3. Конкретные мотивы

В приведённом в обзоре случае, по мнению ВС, эти положения закона не были соблюдены в полной мере. Так, суд согласился со следователем, что по объективным причинам он не успевает провести необходимые следственные действия, а обвиняемому вменяется тяжкое преступление, к тому же он имеет непогашенную судимость.

«Между тем судом не в полном объеме исследованы данные о личности обвиняемого, в постановлении не отражено семейное положение обвиняемого, который, как следует из материала, имеет на иждивении двоих малолетних детей. Отсутствуют в постановлении суда первой инстанции и мотивы, свидетельствующие о невозможности применения в отношении обвиняемого иной, более мягкой, меры пресечения, чем заключение под стражу.

  • Вопреки положениям действующего законодательства суд, принимая решение о продлении срока содержания под стражей, ограничился лишь перечислением оснований, указанных в соответствующем ходатайстве, которые ранее уже учитывались судом как при избрании в отношении его меры пресечения в виде заключения под стражу, так и при последующем продлении ему срока содержания под стражей», — указывает ВС.
  • Высшая инстанция также напомнила, что суд каждый раз должен выяснять, если ли достоверные данные о возможности обвиняемого скрыться от следствия и суда и указывать конкретные мотивы, обосновывающие необходимость продления задержанному срока содержания под стражей.
  • Алиса Фокс

Прокурор разъясняет — Прокуратура Московской области

Избрание меры пресечения в виде заключения под стражу

Заключение под стражу обвиняемого или подозреваемого, по сравнению со всеми иными мерами пресечения, ограничивает конституционные права и свободы человека. Ограничение данного права возможно исключительно по решению суда.

При принятии решений об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока ее действия необходимо обеспечивать соблюдение прав подозреваемого, обвиняемого, гарантированных статьей 22 Конституции Российской Федерации и вытекающих из статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Мера пресечения в виде заключения под стражу может применяться только в отношении обвиняемого или подозреваемого в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В отношении обвиняемого или подозреваемого в совершении преступления средней тяжести, эта мера пресечения может применяться лишь в исключительных случаях, при наличии одного из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

В случае установления причастности лица к совершению преступления, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора выносит соответствующее ходатайство перед судом об избрании подозреваемому или обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

В постановлении о возбуждении ходатайства излагаются мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в заключении подозреваемого или обвиняемого под стражу и невозможно избрание иной меры пресечения. К нему прилагаются материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства. Если подозреваемый или обвиняемый был задержан в порядке ст.

91 УПК РФ, то материалы представляются в суд не позднее, чем за 8 часов до истечения срока задержания. Постановление и приложенные к нему материалы подлежат рассмотрению в судебном заседании единолично судьей районного суда или военного гарнизонного суда по месту производства предварительного расследования либо по месту задержания подозреваемого.

Для участия в заседании доставляется подозреваемый, обвиняемый, приглашается прокурор, защитник, если последний участвует в уголовном деле. Рассмотрев ходатайство, представленные материалы и доказательства, выслушав мнения сторон по заявленному ходатайству, судья выносит одно из следующих постановлений:

1) об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.

В таком постановлении обязательно должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, давшие основание для принятия решения;
2) об отказе в удовлетворении ходатайства.

В случае такого рода судья вправе по собственной инициативе (при наличии предусмотренных в УПК РФ оснований и условий) избрать меру пресечения в виде залога или домашнего ареста;

3) о продлении срока задержания. Продление срока задержания возможно при условии признания судом задержания законным и обоснованным. Допустимая продолжительность такого продления — не более 72 часов с момента вынесения судебного решения.

  • Постановление судьи направляется лицу, возбудившему ходатайство, прокурору, подозреваемому или обвиняемому и приводится в исполнение немедленно.
  • Когда вопрос об избрании в отношении подсудимого данной меры пресечения возникает в суде, то решение об этом принимает суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе.
  • Должностное лицо, в производстве которого находится уголовное дело, обязано незамедлительно уведомить кого-либо из близких родственников подозреваемого или обвиняемого, при их отсутствии — других родственников, а при заключении под стражу военнослужащего — также командование воинской части о месте содержания его под стражей или об изменении места содержания под стражей.
  • Постановление судьи об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу или об отказе в этом может быть обжаловано в вышестоящий суд в апелляционном порядке в течение 3 суток со дня его вынесения.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector