Право

Упк поправят в интересах адвокатов

Отказ от показаний, данных в присутствии защитника, — бесперспективен: по закону показания все равно будут являться доказательством по уголовному делу.

А вот если допрос, проведенный с адвокатом, признать недопустимым, то это будет иметь совсем другие юридические последствия для разрешения дела в суде.

Какие возможности предоставляет закон для признания недопустимым допроса, проведенного с участием адвоката? — рассмотрим вопрос детально с рецептом на решение проблемы.

УПК поправят в интересах адвокатов Признательные показания подозреваемый, как правило, дает в первые сутки после своего задержания. Следствие максимально форсирует доказательственную базу, пока задержанный не оправился от шока происходящего. Если допрос проведен с участием адвоката, то следствие на 100% уверено в прочности такого следственного действия, иными словами признать недопустимыми, например, допрос, или очную ставку, или проверку показаний на месте, будет невозможно.

В данной статье мы расшатаем столб незыблемости следственных действий, проведенных с участием адвоката в первые 24 часа после задержания.

Сразу оговоримся, что допрос, проведенный с адвокатом по соглашению признать недопустимым в принципе невозможно, если только действия адвоката явно не противоречат интересам подзащитного. Но это нонсенс, когда за Ваши деньги и против Вас играют.

  • Рассмотрим ситуацию, когда следователь назначил «карманного» адвоката, а точнее защитника по назначению (государственного бесплатного адвоката), — это шанс, чтобы попытаться признать признательные показания, данные в присутствии такого адвоката недопустимыми из-за нарушения права на защиту.
  • Статья 50 УПК РФ устанавливает два срока, с которыми связывается право дознавателя, следователя или суда принять меры по назначению государственного защитника: — 5 суток в случае неявки защитника по соглашению, отсчет которых начинается со дня заявления ходатайства о его приглашении и отказа подозреваемого, обвиняемого от приглашения другого защитника, либо невозможности явки участвующего в деле защитника, если подозреваемый, обвиняемый не приглашает другого защитника и не ходатайствует о его назначении.
  • — 24 часа с момента задержания подозреваемого или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу, если явка защитника, приглашенного им, невозможна.

Итак, признательные показания даются в первые часы после задержания в присутствии государственного защитника.

Что делать, если отказ от данных показаний не имеет никаких юридических последствий, а необходимо, чтобы нежелательные для защиты показания не имели доказательственного значения по уголовному делу? — Логично будет проанализировать, когда и каким образом адвокат по назначению принял на себя защиту Ваших интересов и как он осуществлял свои обязанности.

Если следователь, а также и «карманный» адвокат не разъяснили Вам такое существенное право как законную возможность (право) уведомить родственников о Вашем задержании в течении 12 часов (ч.1 ст.

96 УПК) и принять меры к приглашению защитника по соглашению (ч. 1 ст. 50 УПК РФ), то Ваше право на защиту было явно нарушено.

В данной ситуации есть возможность признать допрос, проведенный с адвокатом по назначению, недопустимым.

Но есть, конечно, нюансы. Например, по документам, подписанным подзащитным в первые 24 часа, все права ему разъяснялись.

В любом случае признание недопустимым допроса или иного следственного действия, проведенного с участием адвоката, требует детального изучения материалов уголовного дела, а также хорошей памяти от подозреваемого для восстановления хронологии событий, произошедших в первые 24 часа после задержания.

С одной стороны, уязвимость положения задержанного в первые часы следствия усиливается крайней сложностью реализовать своё право на защиту адвокатом по своему выбору.

Ведь для приглашения адвоката и заключения с ним соглашения дается срок менее суток, и это с учетом того, что право на звонок не всегда реализуется на практике. Кроме того, в силу ч.4 ст.

96 УПК при необходимости сохранения в интересах следствия в тайне факта задержания уведомление родственников с согласия прокурора может не производиться, за исключением случаев, когда подозреваемый является несовершеннолетним.

Да еще в протоколе задержания есть фраза, что родственников уведомили, а Вы его подписали не глядя, и в замечаниях не отметили, что возможности пригласить адвоката Вам не предоставили и позвонить Вы никому не смогли.

С другой стороны, сам подозреваемый часто не знает, кто сможет пригласить ему адвоката – заключать соглашение на защиту в соответствии с частью 1 статьи 50 УПК может любое лицо, и кто именно будет его приглашенным адвокатом. В аналогичном положении оказывается и заключенный под стражу подозреваемый, обвиняемый, не имеющие защитника по соглашению.

  1. 24-часовой срок явки приглашенного защитника с момента задержания подозреваемого или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу, является особым — как в силу своей сжатости, так и более жестких правил назначения защитника, без предложения пригласить другого защитника взамен неявившегося.
  2. Таким образом, ситуация, в которой оказывается подозреваемый в первые часы после задержания, полностью исключает злоупотребление правом с его стороны.
  3. Привлечение к участию в деле защитника по назначению ранее установленных УПК РФ 24 часов, по заключению Адвокатской палаты Москвы, будет означать ликвидацию права подозреваемого, обвиняемого на приглашение адвоката.

Как разъясняет Совет Адвокатской палаты Москвы адвокат, назначенный защитником задержанного подозреваемого, прибыв к дознавателю, следователю, обязан не вступать в дело, то есть не принимать участия в каких-либо процессуальных действиях до истечения 24-часового срока для явки приглашенного защитника. Невыполнение данных требований будет расцениваться как нарушение подп. 1 п. 1 ст. 7 закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и п. 1 ст. 8, ч. 1 ст. 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, устанавливающих обязанность адвоката квалифицированно, принципиально и своевременно отстаивать права доверителя, следить за соблюдением по отношению к нему закона и в случае нарушений ходатайствовать об их устранении. С полным текстом разъяснения Совета АП «О соблюдении требований части 3 и части 4 статьи 50 УПК РФ при осуществлении защиты по назначению» можно ознакомиться здесь.

Рассогласованность между ч. 4 ст. 50 и ч. 2 ст.

46 УПК РФ, устанавливающей, что подозреваемый должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента фактического задержания, разрешается в пользу соблюдения прав лица, задержанного или заключенного под стражу, что подтверждается доктринальным толкованием: «Право на защиту – большая ценность, чем соблюдение процессуального срока, тем более, что последний установлен, главным образом, с целью обеспечения права на защиту» (А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ).

Вс объяснил, когда адвокат не может защищать двух подозреваемых по одному делу

Верховный суд РФ изучил дело о незаконном обороте наркотиков, в котором оказался интересный нюанс: на предварительном следствии интересы обвиняемого представляла адвокат, которая также защищала подозреваемого по выделенному в отдельное производство делу.

Впоследствии ее второй клиент выступил свидетелем обвинения по делу первого. При этом подсудимый и на первом допросе, и в ходе предварительного следствия отрицал свою вину, а свидетель, наоборот, изобличал его в причастности к преступлению.

Таким образом, у них была кардинально противоположная позиция, но зато общий адвокат.

На это несоответствие закону в жалобе в высшую инстанцию обратила внимание уже новый адвокат обвиняемого: право ее клиента на защиту было нарушено, так как между интересами обвиняемого и свидетеля имелись противоречия, а представляла их одна и та же защитница.

  • Позиция ВС
  • Как следует из приговора, показания свидетеля, данные им в ходе предварительного следствия, в том числе при проверке его показаний на месте, приведены в качестве доказательств совершения преступления, в котором признан виновным осужденный.
  • При этом одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого (часть б статьи 49 УПК РФ), отмечает ВС.

«Защитник подлежит отводу, если оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им лица. По смыслу закона, указанные обстоятельства являются основанием отвода защитника независимо от того, в чем выражалась эта помощь и оказывалась она по тому же или иному делу (п. 1 ч. 1 ст. 72 УПК РФ)», — поясняет высшая инстанция. 

Она также напоминает разъяснения Пленума: при наличии любого из обстоятельств, указанных в статье 72 УПК РФ, участие защитника исключается во всех стадиях уголовного судопроизводства (пункт 10 постановления от 30 июня 2015 года №29).

«Если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявятся противоречия (признание обвинения одним и оспаривание другим по одним и тем же эпизодам дела; изобличение одним обвиняемым другого и т.п.

), то такой адвокат подлежит отводу (п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, подпункт 2 пункта 4 ст. 6 закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре», пункта 1 ст. 13 «Кодекса профессиональной этики адвоката»).

Исходя из взаимосвязанных положений части 1 статьи 72 УПК РФ установленное в пункте 3 данной нормы ограничение относится к случаям, когда защитник в рамках данного или выделенного из него дела оказывает или ранее оказывал в ходе досудебного производства либо в предыдущих стадиях судебного производства и судебных заседаниях юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого. 

Однако это не исключает возможность отвода защитника и в иных случаях выявления подобных противоречий, не позволяющих ему участвовать в данном деле», — подчеркивает ВС.

В данном деле подозреваемый являлся свидетелем обстоятельств, которые входят в предмет доказывания по делу в отношении подсудимого и  его показания, выступающего в качестве свидетеля обвинения, приведены в приговоре в качестве одного из доказательств, на основании которых судом сделан вывод о виновности осужденного. Таким образом интересы фигурантов противоречили друг другу, соглашается ВС. 

  1. При таких обстоятельствах, в силу прямого запрета закона адвокат не могла осуществлять защиту обвиняемого, раз она приняла на себя обязанности по защите свидетеля, поскольку их интересы противоречили друг другу, указано в определении высшей инстанции. 
  2. Более того, данные обстоятельства препятствовали составлению обвинительного заключения на основании доказательств, полученных при участии одного адвоката двух фигурантов с противоположной позицией, подчеркивает ВС.
  3. В связи с чем Судебная коллегия определила отменить обвинительный приговор, а уголовное дело вернула прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального закона, препятствующих постановлению приговора.
  4. Алиса Фокс

Разъяснения № 9 Совета Адвокатской палаты г. Москвы по вопросам профессиональной этики адвоката

(разъяснение принято на заседании Совета Адвокатской палаты г. Москвы 24 сентября 2015 года)

Совет Адвокатской палаты г. Москвы давал Разъяснение от 02.03.2004 г. «Об участии в делах по назначению». Его необходимость вызывалась случаями, когда адвокаты, вступающие в дело по назначению дознавателя или следователя в нарушение п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 и ч. 1 ст.

12 Кодекса профессиональной этики адвоката, устанавливающих обязанность адвоката честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно отстаивать права и законные интересы доверителя, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и при нарушении прав доверителя ходатайствовать об их устранении:

  • — не требовали с момента вступления в дело предоставления свидания наедине с подзащитным, либо не реагировали на отказ в реализации этого права;
  • — не реагировали на нарушение лицами, проводившими предварительное расследование, порядка замены участвовавшего ранее в деле и выбывшего из него по различным причинам защитника по соглашению;
  • — не требовали от дознавателя, следователя вынесения постановления, разрешающего заявленный подозреваемым, обвиняемым, отказ от него, защитника по назначению, в порядке, определенном правилами главы 15 УПК РФ.
Читайте также:  Покупка квартиры с обременением: риски для покупателя, как обезопасить сделку

Разъяснения от 02.03.2004 г. о том, как действовать адвокату в таких ситуациях нарушения права на защиту, полностью сохраняют свою силу. Вместе с тем они нуждаются в следующем уточнении.

  1. Статья 50 УПК РФ устанавливает два срока, с которыми связывается право дознавателя, следователя или суда принять меры по назначению защитника:
  2. — 5 суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника, в случае его неявки и отказа подозреваемого, обвиняемого от приглашения другого защитника, либо невозможности явки участвующего в деле защитника в течение пяти суток для участия в производстве конкретного процессуального действия, если подозреваемый, обвиняемый не приглашает другого защитника и не ходатайствует о его назначении (часть 3);
  3. — 24 часа с момента задержания подозреваемого, или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу, если не является защитник по соглашению (часть 4).
  4. Системный анализ уголовно-процессуального законодательства приводит к выводу о различном характере и значимости этих сроков для обеспечения права на защиту и движения дела.

Пятисуточный срок неявки приглашенного защитника вписан в разнообразные ситуации обычного течения всех стадий уголовного судопроизводства: адвокат заболел, ушел в отпуск, занят в другом деле, с ним расторгнуто соглашение, он покинул место проведения процессуального действия в знак протеста против нарушения дознавателем, следователем или судом закона и др. Назначение защитника следователем или судом до истечения явочного пятисуточного срока может мотивироваться в том числе противодействием затягиванию обвиняемым и адвокатом расследования или рассмотрения дела, необходимостью проведения заранее запланированного и согласованного с защитником процессуального действия или соблюдения пресекательных сроков расследования (предъявления обвинения, ознакомления с материалами дела). При этом в практике может иметь как искусственное создание дознавателем, следователем, судом ситуации неявки приглашенного защитника, так и намеренное затягивание последним по согласованию с подзащитным сроков производства того или иного процессуального действия. В подобных ситуациях защитник по назначению должен действовать с учетом конкретных обстоятельств, но, во всех случаях, с соблюдением требований закона и вышеуказанных Разъяснений Совета АП г. Москвы.

24-часовой срок явки приглашенного защитника с момента задержания подозреваемого или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу, является особым — как в силу своей сжатости, так и более жестких правил назначения защитника, без предложения пригласить другого защитника взамен неявившегося. Ситуация, в которой оказывается подозреваемый в первые часы после задержания, полностью исключает злоупотребление правом с его стороны.

Уязвимость его положения усиливается крайней сложностью реализовать своё право на защиту адвокатом по своему выбору, для приглашения которого фактически отпущено время менее суток с учетом того, что статья 96 УПК РФ обязывает дознавателя, следователя уведомить кого-либо из родственников задержанного не позднее 12 часов.

Сам подозреваемый не знает, кто будет приглашать адвоката – заключать соглашение на защиту в соответствии с частью 1 статьи 50 УПК может любое лицо. В аналогичном положении оказывается и заключенный под стражу подозреваемый, обвиняемый, не имеющие защитника по соглашению.

Вот почему привлечение к участию в деле защитника по назначению ранее установленных УПК РФ 24 часов, по сути, будет означать ликвидацию права подозреваемого, обвиняемого на приглашение адвоката.

Рассогласованность между ч. 4 ст. 50 и ч. 2 ст.

46 УПК РФ, устанавливающей, что подозреваемый должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента фактического задержания, разрешается в пользу соблюдения прав лица, задержанного или заключенного под стражу, что подтверждается авторитетным доктринальным толкованием: «Право на защиту – большая ценность, чем соблюдение процессуального срока, тем более, что последний установлен, главным образом, с целью обеспечения права на защиту» (А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). Под редакцией доктора юридических наук, профессора, советника Конституционного Суда Российской Федерации А.В. Смирнова. М., 2009, с. 206).

На основании изложенного, Совет разъясняет: адвокат, назначенный защитником задержанного подозреваемого или заключенного под стражу подозреваемого, обвиняемого, прибыв к дознавателю, следователю, обязан выяснить точное время фактического задержания, заключения под стражу и, после свидания с подозреваемым ,обвиняемым наедине, не принимать участия в каких-либо процессуальных действиях до истечения, предусмотренного ч. 4 ст. 50 УПК РФ 24-часового срока для явки приглашенного защитника. Кроме случая, когда будет представлено не вызывающее сомнений в своей достоверности подтверждение невозможности явки адвоката, с которым заключено соглашение, в тот же срок.

Невыполнение данного разьяснения будет расцениваться как нарушение п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 1 ст. 8 и ч. 1 ст.

12 Кодекса профессиональной этики адвоката, устанавливающих обязанность адвоката честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно отстаивать права и законные интересы доверителя, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушения прав доверителя ходатайствовать об их устранении.

Вестник Адвокатской палаты г. Москвы. 2015. Выпуск № 3(129). С. 39-42.

Оказание адвокатом юридической помощи свидетелю

Совсем не редко мы слышим с телевизионного экрана или встречаем на страницах печатной продукции фразу героя о том, что «…говорить он намерен только в присутствии своего адвоката».

Юридическая культура обращения к личному (персональному) адвокату в России пока не сформировалась, но уже совсем не единичны случаи, когда граждане, не будучи субъектами уголовного преследования, прибегают к помощи защитников при вызове на допрос в качестве свидетеля или для дачи объяснений.

 Подобная правовая помощь защитника получила неформальное наименование в юридической среде – «Адвокат свидетеля».

Официальным правовым основанием оказания адвокатом правовой помощи свидетелю является положение пункта 6 части 4 статьи 65 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Данная норма закона включает в число прав свидетеля возможность его явки на допрос к следователю вместе с адвокатом.

Существование данной нормы в изложенной редакции вовсе не означает, что право на адвоката имеет только лицо, вызываемое в качестве свидетеля, и лишь в случае его вызова следователем.

Вызов свидетеля может также осуществить: оперуполномоченный, участковый, иной сотрудник полиции, дознаватель, начальник отдела дознания или следственного органа, инспектор налогового органа, прокурор и суд.

При вызове на допрос вышеперечисленными лицами свидетель также имеет полное и законное право на приглашение адвоката для оказания юридической помощи.

Кроме того, следует отметить, что гражданин имеет право на юридическую помощь не только при вызове в качестве свидетеля, но и в случае приглашении для дачи объяснений, проведения опроса, для участия в следственном действии в качестве потерпевшего лица и т.д.

Данные права за гражданином закреплены Постановлением Конституционного Суда РФ №11-П от 27.06.

2000 года, гарантировавшим юридическую помощь адвоката во всех случаях, когда права и свободы гражданина существенно затрагиваются или могут быть затронуты процессуальным действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием.

Руководствуясь данным Постановлением, гражданин имеет право прибегнуть к помощи адвоката-защитника и в иных случаях, например:

  • при проведении по его месту жительства обыска, даже если уголовное преследование проводится в отношении постороннего лица;
  • при даче образцов почерка, голоса, биологических веществ и т.п. для последующего проведения экспертных исследований;
  • в любых иных случаях, связанных с осуществлением уголовного судопроизводства.

Порядок приглашения адвоката или что мне делать с врученной повесткой?

В случае, если Вам поступила повестка на допрос в качестве свидетеля и Вы желаете воспользоваться юридической помощью необходимо незамедлительно предпринять меры к приглашению соответствующего специалиста.

Мы рекомендуем прибегать к услугам адвоката, имеющего узкую профильную специализацию, а именно обратиться к адвокату по уголовным делам.

Кроме того, в зависимости от того сотрудник какого ведомства Вас вызывает, будет рационально пригласить соответствующего профильного специалиста, например, адвоката по экономическим преступлениями, адвоката по таможенным делам, адвоката по компьютерным преступлениям и т.д.

Из содержания полученной повестки Вы можете узнать, кто приглашает Вас на допрос, в какой уполномоченный орган и по какому уголовному делу (поводу). Руководствуясь данной информацией, опытный адвокат сможет Вас сориентировать, в связи с чем Вы вызываетесь на допрос.

Не будет лишним, если по контактному телефону, указанному в повестке, Вы позвоните инициатору допроса и поинтересуетесь, по какому поводу Вы вызваны для проведения следственных действий.

Как правило, следователи и оперуполномоченные сообщают о причинах вызова, но в тоже время отказ предоставить подобную информацию не будет являться нарушением закона.

Бесспорно, что полученная информация о предмете вызова на допрос в совокупности с Вашими пояснениями, позволит адвокату подготовить Вас к предстоящему допросу и выработать процессуальную линию защиту Ваших интересов.

К вышесказанному следует добавить, что выбор адвоката необходимо осуществлять с соблюдением определенных критериев.

Грамотный и компетентный защитник обязательно пригласит Вас на предварительную устную консультацию, в ходе которой он сформирует для Вас линию поведения (защиты) на допросе.

В ходе консультации адвокат обязательно изучит имеющуюся у Вас документацию и, возможно, попросит пригласить иных потенциальных свидетелей для беседы.

Данная мера позволить устранить возможные неумышленные разночтения в показаниях, которые не будут использованы против Ваших интересов.

Неотъемлемым элементом подготовки к предстоящему допросу является разъяснение Ваших процессуальных прав как свидетеля, определение моделей поведения при том или ином развитии событий (допросе), а также Ваша психологическая подготовка к предстоящему допросу.

Оформление полномочий адвоката на Вашу защиту подтверждается выдачей ордера, который, в свою очередь, оформляется на основании заключенного с адвокатом соглашения об оказании юридической помощи.

Полномочия адвоката при проведении допроса или что будет делать адвокат?

Полномочия адвоката свидетеля носят достаточно обширный характер.

Так, представляя интересы свидетеля в уголовном процессе, адвокат вправе:

  • давать свидетелю в ходе допроса в присутствии следователя краткие консультации;
  • задавать с разрешения допрашивающего лица вопросы допрашиваемому (следует отметить, что следователь может отвести вопросы защитника, но в этом случае он обязан занести отведенные вопросы в соответствующий протокол);
  • делать письменные замечания по поводу правильности и полноты записей в протоколе следственного действия;
  • по окончанию допроса делать заявления о нарушениях прав и законных интересов свидетеля (данные заявления также в обязательном порядке подлежат занесению в протокол допроса).

Иными словами адвокат в буквальном смысле слова призван выступить правовым щитом перед потенциальной угрозой необоснованного уголовного преследования свидетеля, предотвратить незаконное оказание на него психологического воздействия или недопустимых методов следствия, а также стать независимым правовым консультантом для своего клиента.

Если Вы нуждаетесь в процессуальной защите и помощи при вызове на допрос, получении незамедлительных и подробных консультаций по затронутым в настоящей публикации вопросам, обращайтесь в Адвокатское бюро «Домкины и партнеры» по телефону: (495) 646-86-11.

Профессиональный долг наших адвокатов заключается в оказании компетентной помощи свидетелю при взаимодействии с представителями правоохранительных органов, обеспечению полного соблюдения закона и гарантированной защите интересов клиента. Подробнее с предлагаемой юридической услугой Вы ознакомиться по ссылке – «Адвокат для свидетеля».

Вашему вниманию мы предлагаем методическую памятку, подготовленную нашими адвокатами — «Если вызывают на допрос», с помощью которой Вы всегда сможете прибегнуть к правильному алгоритму поведения при вызове на допрос и самостоятельно обеспечить защиту своих интересов.

Читайте также:  ОКОНЧАНИЕ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ С СОСТАВЛЕНИЕМ ОБВИНИТЕЛЬНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Может ли близкий родственник подозреваемых и обвиняемых осуществлять их защиту прав и интересов без участия адвоката?

В соответствии со статьей 48 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

Под защитником, согласно части 1 статьи 49 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации[1] понимается лицо, осуществляющее в установленном УПК РФ порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу. В качестве защитников допускаются адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый.

Понятие «близкие родственники» определяется в пункте 4 статьи 5 УПК РФ и раскрывает их как: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.

Не редко в уголовном процессе возникает вопрос о возможном участии в качестве защитника обвиняемого одного из близких родственников обвиняемого или «иного лица», помощь которого необходима осужденному, в частности помощь правозащитников или представителей общественных негосударственных организаций, при рассмотрении уголовного обвинения на стадии предварительного расследования и в суде.

Адвокат, в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» – лицо, получившее в установленном Федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность.

В Постановление Пленума Верховного Суд РФ от 19 декабря 2013 г.     № 41 Верховный Суд разъяснил: «В силу части 2 статьи 49 УПК РФ в стадиях досудебного производства по уголовному делу в качестве защитников допускаются только адвокаты»[2].

  • Исходя из выше изложенного следует, что на стадии досудебного производства и в последующем в уголовном процессе в качестве участника со стороны защиты может выступать защитник, обладающим статусом адвоката, в то время как близкие родственники либо иные лица о которых ходатайствует подозреваемый либо обвиняемый могут выступать участниками уголовного судопроизводства со стороны защиты только наряду с адвокатом и на стадии судебного производства.
  • Что касается производства у мирового судьи, законодатель закрепил возможность участия защитника вместо адвоката (часть 2 статьи 49 УПК РФ).
  • Правовой отдел ГУ МВД России по Челябинской области.

[1] Далее – «УПК РФ, Уголовно-процессуальный кодекс РФ».

[2] О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – № 2. – 2014.

Кривое правоприменение

В этом году адвокатура могла бы отметить знаменательную дату — 30 лет назад президент СССР Михаил Горбачев подписал закон, разрешивший участие адвоката на предварительном следствии по любому уголовному делу с момента задержания гражданина, его ареста или предъявления обвинения. И это, как ни странно сейчас звучит, случилось впервые за всю историю России! Но, увы, праздновать сегодня особенно нечего.

Сергей Замошкин, адвокат

При всей значимости судебной реформы Александра II, по воле которого в 1864 году в России впервые возник институт присяжного поверенного, последние допускались в производство по уголовным делам только после составления обвинительного акта.

Участие защитника на предварительном следствии не допускалось — только в суде.

В 1917 году с институтом присяжного поверенного, как известно, было покончено, а в Уголовно-процессуальных кодексах (УПК) РСФСР 1922 и 1923 годов адвокату была отведена роль весьма скромная и тоже только в судебном заседании.

В УПК, принятом уже в хрущевские оттепельные времена в 1960 году, адвокаты получили хотя и небольшие, но кое-какие права на следствии. Участие защитника на предварительном следствии по-прежнему было не обязательным, но он мог допускаться в уголовное дело с момента окончания предварительного следствия.

По делам о преступлениях несовершеннолетних, а также лиц, которые в силу своих физических или психических недостатков не могут сами осуществлять свое право на защиту, адвокат допускался с момента предъявления обвинения. С 1970 года участие защитника по таким делам стало обязательным.

Тогда же по делам, по которым в качестве меры наказания может быть назначена смертная казнь, участие защитника тоже стало обязательным, но лишь с момента окончания следствия. Кроме того, с 1970 года защитник мог быть допущен с момента предъявления обвинения по любому делу, если прокурор издаст специальное постановление.

При этом подозреваемые (а срок задержания был трое суток, и на 10 суток мог быть арест без предъявления обвинения!) не имели права на адвоката вовсе.

Так получилось, что как раз в 1970 году я пришел в прокуратуру следователем и могу покаяться: к роли адвоката на стадии предварительного следствия я и мои коллеги относились тогда весьма скептически.

Да, когда защитник вместе с обвиняемым знакомился с материалами законченного уголовного дела и, случалось, заявлял мотивированное ходатайство о дополнении следствия, мы его нередко удовлетворяли.

Но после дело все одно направлялось прокурору и затем в суд.

Практиковались, надо сознаться, и уловки, чтобы адвокаты вовсе не докучали следователям даже по тем делам, по которым их участие было обязательным с момента предъявления обвинения.

К примеру, если несовершеннолетний не содержался под стражей (а тогда, надо понимать, арест применялся не судом, а прокурором, и практика повального лишения свободы отсутствовала) обвинение предъявлялось лишь в самом конце следствия. Значит, только тогда и появлялся адвокат.

Даже по делам об убийстве, когда судом могла быть назначена смертная казнь, а прокурор поэтому мог пригласить защитника с момента обвинения, последнее предъявлялось не по самой «жуткой» статье, а без отягчающих обстоятельств. Сталось быть, и адвокат появлялся позднее.

По сути, сами защитники, которые были редкими гостями на следствии, тогда были нацелены именно на участие в суде и порой при ознакомлении с делом по окончании расследования лишь готовились к участию в нем в судебной стадии. Собственно, все действительно великие адвокаты той поры, а память о некоторых сохранилась и до наших дней, стали такими именно в результате высокопрофессиональной защиты клиентов именно в судах.

Отношение к институту защиты, к адвокатам на следствии стало меняться в годы перестройки, когда, наконец, начали открыто говорить о необходимости приближения «советских» прав человека к общемировым стандартам.

Важность допущения защитника с момента задержания, ареста и предъявления обвинения гласно обсуждалась в юридическом сообществе, в СМИ, чего раньше было невозможно даже представить.

Я помню, как в конце 80-х в яковлевских «Московских новостях» на встречах юристов за круглым столом уже в те годы всем известный адвокат Генри Резник громыхал о необходимости защиты прав человека с самого начала следствия.

Ученые-юристы предлагали различные варианты обновления текстов законов. И я, тогда прокурор следственного управления Генеральной прокуратуры СССР, без колебаний соглашался с явно назревшими изменениями уголовно-процессуального закона.

Дискуссии перешли в ЦК КПСС, депутатский корпус, заговорили об этом на Съезде народных депутатов СССР (да, был такой весьма публичный орган власти), и вот 10 апреля 1990 года Михаил Горбачев подписал закон о внесении изменений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик.

«Защитник допускается к участию в деле с момента предъявления обвинения, а в случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, или применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления обвинения — с момента объявления ему протокола задержания или постановления о применении этой меры пресечения, но не позднее двадцати четырех часов с момента задержания».

Через год был поправлен УПК РСФСР, затем случился распад СССР, Конституция России 1993 года, первый УПК уже Российской Федерации, но право на защиту остается таким, как это указано в горбачевском законе от 10 апреля 1990 года.

Чего греха таить, именно в 1990 году и именно по причине возможности реальной работы адвокатов на следствии я покинул прокуратуру и стал адвокатом. Не скажу, что милицейско-прокурорско-следственная община с восторгом приняла изменения, но в целом отношение к новациям было нейтральным: перестройка, конечно, повлияла на умы многих.

Правда, бывало, требования нового закона дошли сразу не до всех сотрудников и иногда, чтобы подтвердить полномочия, приходилось предъявлять не только удостоверение и ордер, а и ксерокс газеты с текстом нововведений.

Однажды, и это не выдумка, сотрудник в ИВС, куда я пришел к задержанному, заподозрил меня в обмане: дескать, не специально ли я изготовил поддельную газету. Пришлось опровергать!

Но шли годы, и провозглашенный принцип равенства сторон защиты и обвинения в уголовном процессе стал не просто забываться, а игнорироваться. До середины 90-х, когда коррупция еще не стала всеобъемлющей, спецслужбы не получили абсолютную бесконтрольность, а суды нередко демонстрировали самостоятельность, работа адвоката на следствии была вполне эффективной.

Однако постепенно отношение к защите на следствии и к защитникам стало все более и более противоречить букве закона. Особенно явственно стало это после создания Следственного комитета и урезания прав прокуратуры на стадии предварительного следствия.

Причем, что характерно, сам процессуальный закон о правах адвоката на следствии не изменился, но вот применение его стало совсем другим, можно сказать, кривым.

В результате сейчас никто даже не удивляется, если адвоката попросту не пускают к задержанному, а самого гражданина или обманывают, утверждая, что его адвокат приехать не может, или допрашивают без защитника, заявляя, что тот не нужен, а бывает, настойчиво рекомендуют «своего» адвоката.

Сразу отбирают подписку о «неразглашении тайны следствия», а сами все, что хотят, сообщают СМИ. Дела специально возбуждают не в отношении уже известных конкретных лиц, а «по факту», с целью лишить человека возможности защищаться — ведь если ты не объявлен подозреваемым, то и защита тебе не положена.

Обыск без участия адвоката стал обыденным делом — даже если он приехал вовремя, человек без знаков различия, но с автоматом наперевес попросту не пропустит его к подзащитному, квартиру, или офис которого обыскивают.

Попасть в следственный изолятор для встречи с подзащитным адвокату препятствуют самыми изощренными способами, особенно сейчас, в эпоху пандемических ограничений. При этом, чему удивляться, сотрудники спецслужб видятся с арестованными без затруднений.

Читайте также:  Незаконное увольнение с работы: что делать и куда обращаться уволенному работнику

Ситуация с СИЗО в Лефортово, где несколько лет адвокаты устраивают жеребьевки, чтобы «упорядоченно» попасть к подзащитному хотя бы в течение месяца, никого не шокирует. Переписку с арестованными грубо перлюстрируют, а переговоры на встречах сделать конфиденциальными возможности не предоставляют.

Перед допросом следователь не дает возможности переговорить с подзащитным, хотя в соответствии с буквой закона тот вправе «иметь свидания с защитником наедине и конфиденциально, в том числе до первого допроса обвиняемого, без ограничения их числа и продолжительности».

С документами следствия, касающимися подзащитного, частенько не знакомят, а скопировать их мешают. Ходатайства защитника отклоняют без всяких оснований. Ознакомление с материалами дела по окончании следствия как будто специально организуют так, чтобы никто не успел изучить материалы дела. Нередки случаи провокаций, имеющих цель устранить «неугодного» адвоката из дела. Словом, следователь ведет себя не как объективный добытчик и исследователь доказательств, а как «начальник», и не только уголовного дела, но и адвоката.

При этом обжаловать эти и другие явно незаконные действия следователя непросто. Руководство следователя в Следственном комитете всегда лицо заинтересованное, прокурор сейчас на следствии безвластен, а в суд можно обращаться только по весьма узкому кругу вопросов.

Да, собственно, что таить: решения судов, даже Верховного суда России, следователи игнорируют! «Я закон не нарушаю, а применяю его так, как считаю нужным» — вот основной аргумент.

Порой создается впечатление (и это, подчеркиваю, мое оценочное суждение, на которое я имею право), что происходит профессиональный отбор следователей по принципу «кто более криво применит УПК».

А во что подобное «кривоправоприменение» в результате превращается, хорошо видно в соседней славянской республике, которая тоже была когда-то в составе СССР и закон, подписанный президентом Горбачевым, прямо относился и к ней.

Там недавно было необоснованно задержано и помещено под стражу со скотскими условиями сразу аж 7 тысяч человек. Все они обладали правом на защиту и нуждались в ней. Но вот адвокатов к ним, похоже, просто не пускали.

Неужели и у нас случится такое?

Участие адвокат в доследственной проверке — Сам себе адвокат

Согласно ч.11 ст.144 УПК РФ г лица, участвующие в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные УПК РФ, и обеспечивается возможность осуществления этих прав в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

Этим лицам  разъясняются права:

— не свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен п. 4ст. 5 УПК;

— пользоваться услугами адвоката;

— приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа в порядке, установленном гл. 16 УПК РФ.

Несмотря на то, что  ст. 144 УПК РФ действует уже более пяти лет, на  практике возникают вопросы, связанные с ее применением, в том числе возникают вопросы относительно  статуса адвоката  участвующего при проведении   процессуальных действий в ходе доследственной проверки.

Из буквального толкования рассматриваемой нормы невозможно найти ответ на вопрос о том, кто же подразумевается в ч. 1.1 ст.

144 УПК: адвокат как представитель или адвокат как защитник? Либо здесь адвокат участвует  в том же статусе, что и при допросе свидетеля, либо на него  распространяются права защитника  на стадии возбуждения уголовного дела.

Этот вопрос носит принципиальный характер, так как право на защиту предполагает совершенно иную процессуально-правовую «начинку», чем право на адвоката, и влечет иные последствия2.

Верховный  Суда РФ   разъяснил  судам  о том, что в соответствии с ч. 2 ст. 48 Конституции и на основании п. 6 ч. 3 ст. 49 УПК РФ лицо, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст.

144 УПК, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы этого лица. При нарушении этого   права все объяснения лица, в отношении которого проводилась проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст.

144 УПК РФ, должны рассматриваться судами как доказательства, полученные с нарушением закона.

В  постановлении  ПВС РФ от 30.06.2015 №  29 разъяснено, что лицо, в отношении которого осуществляются затрагивающие его права и свободы процессуальные действия по проверке сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, обладает правом на защиту.

Это право включает в себя не только право пользоваться помощью защитника, но и право защищаться лично и (или) с помощью законного представителя всеми не запрещенными законом способами и средствами.

Обязанность разъяснить такому лицу его права и обязанности, а также обеспечить возможность реализации этих прав возлагается на должностных лиц, осуществляющих доследственную проверку.

ВС РФ  в этом вопросе исходил из ряда взаимосвязанных норм уголовно-процессуального закона. Понятие защитника определено в ч. 1ст. 49 УПК РФ.    Между тем с принятием и введением в действие Закона №  23-ФЗ понятие защитника уже не ограничивается указанным определением. В соответствии с п. 6 ч. 3 ст.

49 УПК  РФ защитник участвует в уголовном деле с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК.

Таким образом, законодатель четко и недвусмысленно установил, что в ходе доследственной проверки юридическую помощь лицу, в отношении которого проводится такая проверка, оказывает именно защитник.

Что касается формулировки ч. 1.1 ст. 144 УПК о праве участников доследственной проверки пользоваться услугами адвоката, а не защитника, то этому возможно следующее объяснение.

Во-первых, приведенная норма предоставляет право пользоваться услугами адвоката не только лицу, в отношении которого проводится доследственная проверка ,то есть проверяется его возможная причастность к зарегистрированному преступлению, но и другим лицам, чьи интересы затрагиваются производимыми процессуальными действиями и принимаемыми процессуальными решениями. Речь в данном случае может идти,  о лице, пострадавшем от преступления и претендующем на роль потерпевшего. Либо о лице, у которого в ходе осмотра места происшествия изымается личное имущество или документы. Приглашенный ими адвокат будет выступать в качестве представителя по аналогии с участвующим в ходе предварительного расследования по возбужденному уголовному делу представителем потерпевшего или представителем лица, в помещении которого производится обыск . Так как  адвокат может представлять интересны не только потенциального обвиняемого, но и иных лиц, законодатель не мог в ч. 1.1 ст. 144 УПК назвать адвоката, обладающего процессуальным статусом, аналогичным процессуальному статусу представителя, защитником.

Кроме того, следует учитывать, что в соответствии с ч. 2 ст. 49 УПК в качестве защитников участвуют не только адвокаты.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ об обязанности обеспечения в досудебном производстве квалифицированной юридической помощи подозреваемому, обвиняемому5, иное лицо, не являющееся адвокатом, не вправе выступать в качестве защитника в ходе доследственной проверки и предварительного расследования уголовного дела. На это указывал и Пленум, который разъяснил судам, что «по смыслу положений части 2 статьи 49 УПК РФ, защиту обвиняемого в досудебном производстве вправе осуществлять только адвокат».

Поскольку в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 49 УПК РФ с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится доследственная проверка, участвует именно защитник в лице адвоката, то такое участие осуществляется по всем правилам, установленным в ст. 50 УПК, без каких-либо исключений. Это означает, что:

  1. защитника-адвоката приглашает лицо, в отношении которого проводится доследственная проверка, либо его законный представитель, а также другие лица по поручению или с согласия этого лица;
  2. по просьбе лица, в отношении которого проводится доследственная проверка, участие защитника-адвоката обеспечивается должностным лицом, осуществляющим доследственную проверку;
  3. расходы на оплату труда защитника-адвоката, участвующего в доследственной проверке по назначению, компенсируются за счет средств федерального бюджета.

На практике так же возникает вопрос Есть еще один интересный вопрос, — в  каких именно процессуальных действиях  может участвовать авдвокат? Относятся ли сюда только уголовно-процессуальные действия или еще и административно-процессуальные действия, например, личный досмотр), гласные ОРМ? Достаточно ли относить к ограничению прав заданные при взятии объяснения вопросы, направленные против лица?

Скорее всего речь должна идти только о тех процессуальных действиях, которые могут проводиться в рамках такой проверки. Перечень действий, ограничивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится доследственная проверка, определен в ч. 1 ст. 144 УПК РФ.

В рамках доследственной проверки лиц о ппроводящее проверку вправе: получать у лица объяснения и образцы для сравнительного исследования; изымать у него документы и предметы в порядке, установленном Кодексом.

Должностные лица органа расследования вправе назначать в отношении лица или изъятых у него образцов для сравнительного исследования, документов и предметов судебную экспертизу и получать заключение эксперта в разумный срок. Следовательно, они обязаны знакомить лицо с постановлением о назначении экспертизы и с заключением эксперта.

Должностные лица, осуществляющие доследственную проверку, вправе также производить с участием лица осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов; производить освидетельствование лица.

В соответствии с постановлением Пленума «О судебном приговоре», к процессуальным действиям, которые проводятся на этапе доследственной проверки, относится и получение от лица заявления о явке с повинной, которое, на мой взгляд, в процессуальном смысле ничем не отличается от получения собственноручного объяснения.

Что касается досмотра, производимого по правилам административного производства, или гласных ОРМ, то эти действия не предусмотрены ч. 1 ст. 144 УПК РФ.

Следовательно, они не могут рассматриваться как процессуальные действия, затрагивающие права и свободы лица в том смысле, в котором о них говорится в п. 6 ч. 3 ст.

49 УПК РФ Гарантии для участников досмотра или гласных ОРМ, в том числе связанные с участием адвоката, должны устанавливаться соответственно КоАП либо ФЗ РФ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Из сказанного можно сделать следующие основные  выводы:

  1. В соответствии с пунктом 6 ч.3 статьи 49 УПК РФ с момента начала процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится доследственная проверка, участвует защитник, которым может быть только адвокат
  2. Пользоваться услугами адвоката вправе не только лицо, в отношении которого проводится доследственная проверка , но и лицо, пострадавшее от преступления, либо лицо, у которого в ходе осмотра места происшествия изымается личное имущество или документы и т. д.
  3. Поскольку досмотр, производимый по правилам административного производства, или гласные ОРМ не предусмотрены частью 1 статьи 144 УПК РФ, то участие при их проведении адвоката уголовно-процессуальным законом не регламентируется

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector