Право

Россию впервые обязали выплатить компенсацию жертве домашнего насилия

Россию впервые обязали выплатить компенсацию жертве домашнего насилия

Европейский суд по правам человека присудил компенсацию морального вреда в размере 20 тысяч евро россиянке Валерии Володиной, ставшей жертвой домашнего насилия, но не добившейся справедливости на Родине.

Как утверждается в распространенном во вторник решении судей ЕСПЧ, российские власти «не выполнили вытекающее из Европейской конвенции по правам человека обязательство защитить женщину от насилия».

«Сегодня Европейский суд по правам человека вынес постановление по жалобе «Володина против России». Палата единогласно установила нарушения следующих положений Европейской конвенции по правам человека: статья 3 («Запрет бесчеловечного или унижающего достоинство обращения») и статья 14 Конвенции («Запрет дискриминации») в сочетании со статьей 3.

Суд постановил пятью голосами против двух, что Россия должна выплатить заявительнице €20 000 в качестве компенсации морального вреда и €5 875,69 в компенсацию расходов», — сказано в пресс-релизе ЕСПЧ.

Из него становится ясно, что жительница Ульяновска пожаловалась в ЕСПЧ на то, что в России ей не предоставили «защиту от множественных эпизодов домашнего насилия, включая побои, похищение, преследование (сталкинг) и угрозы». Бывший сожитель избивал ее, но российские правоохранительные органы не помогли женщине и не привлекли агрессора к ответственности.

  • «Суд установил, что заявительница подвергалась бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, как физическому, так и психологическому, со стороны бывшего партнера, и что власти не выполнили вытекающее из Конвенции обязательство защитить ее от насилия», — сообщила пресс-служба ЕСПЧ.
  • Иван Михайлов
  • СЗПЦ «Человек и Закон»

Россию впервые обязали выплатить компенсацию жертве домашнего насилия

Еспч обязал выплатить рф более €450 тысяч жертвам домашнего насилия

Опубликовано пользователем сайта

Россию впервые обязали выплатить компенсацию жертве домашнего насилия

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) обязал Россию выплатить 450660 евро компенсации Наталье Туниковой, Елене Гершман, Ирине Петраковой и Маргарите Грачевой, подвергшимся домашнему насилию. Об этом сообщается на сайте суда.

Суд назначил 370 660 евро компенсации Грачевой, а также по 25 тысяч евро Туниковой, Гершман и Петраковой. ЕСПЧ признал, что в отношении истцов были нарушены статьи Конвенции о запрете пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (3 статья) и о запрете дискриминации (14 статья).

  • Европейский суд постановил, что Россия должна внести в законодательство поправки, направленные на предотвращение повторных актов домашнего насилия и защиту жертвы подобного насилия.
  • В том числе, согласно решению ЕСПЧ, следует ввести защитные предписания (временный запрет на приближение) и криминализировать все акты домашнего насилия, включая побои.
  • «Это дело можно назвать самым важным для России, потому что выводы Суда выходят за рамки исключительных интересов заявительниц, и устанавливают системную проблему в российском законодательстве о домашнем насилии», — заявила старший юрист «Правовой инициативы»* Татьяна Саввина.

В 2017 году муж вывез Грачеву в лес и отрубил кисти рук. Он ревновал ее и подозревал в изменах. Грачева неоднократно сообщала в полицию об угрозах мужа, но участковый игнорировал ее жалобы.

Петракову муж неоднократно избивал и насиловал. Суд приговорил его к общественным работам, а затем отменил наказание.

«Правоохранительные органы не расследовали случаи домашнего насилия надлежащим образом и не наказывали виновных.

Это привело к тому, что женщины подвергались насилию систематически, а в случае Маргариты Грачевой, потерпевшая подверглась особо жестокому обращению и лишилась конечностей рук.

И мы можем сказать, что именно государство напрямую виновно в том, что это произошло с заявительницами, и в том, что это продолжает происходить с тысячами женщин по всей стране», — заявила адвокат Мари Давтян, представляющая интересы Грачевой и Петраковой.

Гершман муж также неоднократо избивал, но уголовного дела возбуждено не было. После развода уже бывший муж выкрал их малолетнюю дочь, вернуть девочку получилось только через суд.

Туникову муж угрожал выкинуть с балкона на 16 этаже, а также регулярно бил. Во время очередного акта насиля, женщина ударила его ножом.

Против нее возбудили уголовное дело о причинении тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК), а затем переквалифицировали статью на причинение вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны (ст. 114 УК).

  1. Суд приговорил Туникову к шести месяцам исправительных работ, а затем амнистировал в честь юбилея Победы.
  2. «Очень важно, что Суд признал отсутствие специализированного регулирования против домашнего насилия дискриминаций против женщин», — отметила Мария Воскобитова, представляющая интересы Тунниковой.
  3. Глеб Глинка, также представляющий Наталью, надееется, что сотрудники «полиции и медики, которые сталкиваются с жертвами, наконец, будут обучены работать с ситуациями домашнего насилия», а суды перестанут использовать «формальный подход к самообороне по делам о домашнем насилии, который превращает жертву в обвиняемую».
  4. В 2017 году президент России Владимир Путин подписал закон о декриминализации домашнего насилия — побои, совершенные впервые, были переквалифицированы из уголовного преступления в административные правонарушения.
  5. В апреле 2021 года Конституционный суд обязал изменить статью Уголовного кодекса для защиты жертв домашнего насилия.

Согласно документу, статья 116.1 УК «не обеспечивает соразмерную уголовно-правовую защиту», если насилие совершено человеком, имеющим судимость.

  • Отдельный закон о профилактике домашнего насилия рассматривался в 2019 году, но так и не был принят.
  • *Организация включена Минюстом в перечень НКО, выполняющих функцию иностранного агента
  • Источник: «Новая газета»

В мид рф допустили изменение в законодательстве о домашнем насилии

Москва, 23 декабря 2021, 12:13 — REGNUM После решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), который обязал Россию выплатить компенсацию за моральный ущерб жертве домашнего насилия Маргарите Грачевой, лишившейся кистей рук по вине своего ревнивого мужа, российское законодательство в области домашнего насилия может измениться. Такую вероятность не исключил уполномоченный МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права, заместитель директора департамента по гуманитарному сотрудничеству и правам человека Григорий Лукьянцев.

Россию впервые обязали выплатить компенсацию жертве домашнего насилия

  • Песков: в России хватает законов для борьбы с домашним насилием
  • «Вполне может быть, потому что какие-то законодательные инициативы на этот счёт и законопроекты рассматриваются», — подчеркнул в беседе с РИА Новости дипломат.
  • При этом он добавил, что прогнозы в данном случае сложно, «потому что вопрос очень деликатный и непростой, существует много разных позиций, в том числе связанных с историческими, религиозными подходами».
  • «Вопрос в том, как их примирить и отразить это в положениях нашего законодательства», — сказал Лукьянцев.

Как сообщало ИА REGNUM, в ноябре 2017 года бывший муж Грачевой из ревности вывез супругу в лес и отрубил ей кисти обеих рук. Врачам удалось пришить только кисть левой руки, на место правой был установлен роботизированный протез. Виновный получил тюремный срок.

В декабре 2021 года Европейский суд по правам человека обязал Россию выплатить пострадавшей компенсацию в размере 370 тысяч евро.

В ЕСПЧ признали российскую сторону виновной в нарушении Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а именно статьи 3, в которой прописан запрет на применение пыток, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание.

В частности, суд указал, что в российском праве отсутствует понятие «семейного насилия», оно не рассматривается как причина для правоохранительного вмешательства.

Так, по решению ЕСПЧ, Россия обязана выплатить Грачевой 330 660 евро компенсации за траты на медицинские услуги, а также 40 тысяч евро компенсации за нанесенный моральный ущерб.

Читайте ранее в этом сюжете: Грачева, которой бывший муж отрубил кисти рук, снова выходит замуж

История вопроса

Насилие — это не только применение физической силы к кому-нибудь, но и принудительное психологическое воздействие. Беззащитнее всех в этом вопросе дети, пожилые люди. В России с февраля 2017 года уголовная статья 116 «Побои» была частично декриминализирована. После этого к уголовной ответственности привлекают только лиц, которые нанесли побои из хулиганских или экстремистских побуждений. Остальные граждане за те же действия несут административную ответственность. К уголовной ответственности их могут привлечь лишь при рецидиве. В обществе несколько лет до этого шла дискуссия о том, что декриминализация статьи приведёт к всплеску семейно-бытового насилия. Статистика опровергла мнение. Сейчас же периодически в обществе поднимается вопрос о возвращении полной статьи в уголовный кодекс.

Домашняя война — Аргументы Недели

15 октября 2019, 19:51 Юрий АНТОНОВ

Россию впервые обязали выплатить компенсацию жертве домашнего насилия

Около трёх лет назад Госдума внесла в 116-ю статью УК изменения, которые окрестили Законом о домашнем насилии. Теперь побои в отношении близких родственников, совершённые впервые, – это не уголовная статья, а административная.

Консерваторы вроде сенатора Елены Мизулиной объяснили, что хотят защитить семейные ценности и негоже давать повод за шлепок по попе отнимать у родителей ребёнка.

Аргумент оказался иезуитским, поскольку развязал руки тысячам домашних агрессоров, а уровень бытового насилия вырос втрое.

Бейте на здоровье

В июле 2019 г. Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) впервые обязал Россию выплатить компенсацию по делу о домашнем насилии. 34-летняя жительница Ульяновска Виктория Володина была вынуждена эмигрировать и сменить имя, чтобы избавиться от преследований гражданского мужа. В 2015 г. Володина от него ушла, но он приходил к ней домой, избивал, угрожал убить.

Закон о домашнем насилии ещё даже не был принят, но полиции было плевать. Женщина уехала в Москву и попыталась устроиться на работу. Отелло нашёл в Интернете её резюме, пригласил на собеседование, после чего, словно наложницу, увёз в Ульяновск. В 2016–2018 гг. Виктория семь раз обращалась в полицию из-за побоев или угроз насилия. В одном из случаев избиение привело к выкидышу.

Даже когда ревнивец перерезал тормозной шланг в её автомобиле и отобрал сумку с паспортом, реформированная полиция продолжала считать, что это гражданско-правовые отношения: милые бранятся – только тешатся. Только когда сожитель выложил в Интернет интимные фото Володиной, полиция согласилась, что это вроде как вмешательство в личную жизнь, но вскоре дело было закрыто.

А значит, и о госзащите речи идти не могло.

Теперь Россия выплатит Виктории 20 тыс. евро компенсации и ещё 5 тыс. – на судебные издержки.

Но властям обиднее всего пощёчина дипломатическая: Европейский суд указал, что в нашей стране отсутствует законодательство, сдерживающее домашнее насилие, а пострадавшие не получают помощи. Хотя Минюст совсем недавно официально заявил, что закон у нас отличный, изменений не требует.

Страсбург разбирает ещё несколько дел о домашнем насилии из России, в том числе историю жительницы подмосковного Серпухова Маргариты Грачёвой, которой муж отрубил топором кисти рук. Этого тоже могло бы не произойти: жертва обращалась в полицию, когда отморозок впервые вывез её в лес и угрожал ножом.

Тогда участковый перезвонил Грачёвой через 20 дней, а на вопрос «почему так долго?», ответил: «Это же Россия». Разумеется, после разговора с таким дядей Стёпой муж почувствовал если не поддержку, то хотя бы ощущение безнаказанности.

То же самое, вероятно, ощущал и бывший сотрудник ФСКН Сергей Гусятников, который убил 48 ударами ножа свою жену Елену Вербу, которая несколько раз снимала побои и обращалась в полицию, но никакой помощи не получила.

Декриминализация побоев сразу же дала всплеск насилия. Хотя три четверти женщин, избитых мужем или сыном, в полицию за помощью вообще не обращаются, в 2017 г. количество жалоб на домашнее насилие в России выросло втрое, в суды поступило около 161 тыс. административных дел.

ВЦИОМ в 2017 г. выяснил, что 10% опрошенных россиян подвергались насилию в семье, а 19% сами допустили применение физической силы в отношении близких.

Читайте также:  Могут ли передать дело в прокуратуру без ознакомления с делом обвиняемого?

По оценке правозащитной организации Human Rights Watch, с насилием со стороны близких сталкивается каждая пятая женщина в России.

При этом на всю Москву в аппарат уполномоченного по правам человека обратилось чуть более 70 пострадавших. Столичный омбудсмен Татьяна Потяева говорит, что всё чаще встречаются сообщения о побоях «глубоко пожилых людей». Те же тенденции отмечал в Екатеринбурге его бывший мэр Евгений Ройзман.

По его словам, дело не столько в облегчении наказания, сколько в домостроевской риторике, которая расцвела на почве возрождения «традиционных ценностей семьи», среди которых всегда выделялся тезис «да убоится жена мужа своего». 61% опрошенных аналитическим агентством «Михайлов и партнёры. Аналитика» не считают актуальной для России проблему насилия в семье.

39% опрошенных допустили применение силы к близким, а 47% опрошенных подчеркнули, что домашнее насилие – частная проблема.

Обсуждая западный опыт, сторонники скреп всегда приводят в пример крайности.

Например, 8-летнего нью-йоркского мальчика, который оторвал у сверстницы пуговицу с пальто, попытались «прикрутить» за сексуальное домогательство.

Поэтому в жалобах детей друг на друга или родителей нужно видеть иуду Павлика Морозова. Хотя избиение детей в российских семьях – самая латентная область домашнего насилия. Взрослой женщине найти защиту попроще.

Смертный бой

В настоящее время избитая женщина должна сама обратиться в медучреждение, где рассказать врачу, как ему правильно описать повреждения, чтобы это годилось для последующей судмедэкспертизы, проконтролировать, чтобы в милицию отправили телефонограмму.

Сама оценить тяжесть телесных повреждений и в зависимости от этого обратиться в местное отделение милиции, прокуратуру или в суд. Ей нужно знать, что необходимо потребовать там направление на судебно-медицинское освидетельствование, а если его откажутся выдать, пройти освидетельствование за деньги.

Поскольку травмы, полученные в результате домашнего насилия, квалифицируются как побои, лёгкие телесные повреждения и относятся к статьям частного обвинения, она должна сама обратиться к мировому судье, грамотно оформить все бумаги, собирать доказательства, представлять их на процессе, приводить свидетелей.

Всё это время у насильника будет бесплатный защитник. А самой ей, вполне возможно, придётся проживать со злодеем в одной квартире. Вероятно, такая ситуация соответствует «традиционным семейным ценностям».

В русской литературе от Гоголя до Чехова избиение мужем жены в крестьянских и мещанских семьях являлось нормальным следствием дурного настроения или чрезмерного употребления водки. Даже когда жертву «били смертным боем», то есть могли забить насмерть, никто из соседей не имел права вмешиваться или дать ей приют.

Земские суды практически не рассматривали дела об избиениях в семьях, зато случаи убийств на той же почве карались по всей строгости – до двадцати лет каторжных работ. Никакой профилактики явления не велось: оно считалось само собой разумеющимся и редко приводило к распаду семей.

В советское время уровень домашнего насилия только возрос, поскольку до 90% городского населения проживало в коммунальных квартирах, общежитиях и бараках, где чрезмерная скученность людей разных полов, возрастов, национальностей и сословий очень часто приводила к конфликтам.

В отношении домашних насильников практиковались «товарищеские суды», «меры общественного воздействия» в виде выговоров, штрафов, принудительных работ сроком на 15 суток – вплоть до увольнения с работы или исключения из партии.

Вместе с тем СССР одним из первых принял Всеобщую декларацию прав человека, провозгласившую право всех землян на жизнь без насилия.

С той же лёгкостью мы подписались под Декларацией об искоренении насилия в отношении женщин, обязавшись вмешиваться во внутреннюю жизнь семьи и брать на себя функцию защиты, когда семья превращается в источник эксплуатации и злоупотреблений. Однако никаких реальных механизмов защиты не создано, а товарищеские суды исчезли.

В цивилизованном мире системы, словно в назидание нам, повторяют друг друга. Например, насильнику запрещено вступать в любой контакт с обладательницей охранного ордера: звонить ей по телефону, присылать письма или подарки, не говоря уже о том, чтобы приближаться к своей бывшей жертве или местам её обитания: дому, офису, школе.

При совместном проживании заявитель может поставить вопрос о выселении нарушителя. Судья, выдавший ордер, вправе обязать ответчика пройти курс лечения от алкоголизма или наркозависимости, посещать психолога или выплачивать заявителю деньги на содержание ребёнка, квартирную плату, расходы на лечение.

Охранный ордер не приговаривает к тюремному заключению, но при его нарушении ответчик может быть отправлен за решётку.

В России охранные ордера пытались ввести многократно. К 2005 г. проект закона о противодействии домашнему насилию 48 раз выносили на обсуждение в Государственной думе.

И 48 раз его отклоняли ­депутаты! Хотя постсоветская Дума была более своевольной, а уклона к традиционным ценностям не наблюдалось. Понятно, что и за последующие 15 лет движение наблюдалось в пику общемировому.

Хотя принята Национальная стратегия действий в интересах женщин на 2017–2022 гг., где предупреждение насилия в отношении женщин «включено».

Закрылись даже некоторые из убежищ, где избитая женщина могла найти приют и поддержку. Регионам содержать их накладно. Но не скажешь же, что просто жаль денег, поэтому говорят о курсе на «восстановление семей».

Но специалисты называют присказку «Бьёт – значит любит» самым вредным мифом. Распространена ситуация, когда женщина прибегает в убежище в халате и тапочках вся в синяках, а на следующий день её муж на коленях умоляет «дать шанс».

Но через пару дней женщина снова прибегает в том же виде.

Часто жертва годами терпит насилие, не предпринимая действенных усилий для решения проблемы. Одни думают, что так или иначе насилие присутствует во всех семьях и во всех отношениях. Другие считают семью женским предназначением и якобы только она ответственна за то, что в ней происходит. Третьи считают развод признаком своего поражения как женщины.

Один из самых главных доводов: детям нужен их отец. Хотя любой психолог подтвердит, что если в семье папа бьёт маму, то у ребёнка будет высокий уровень тревожности, утомляемости, он будет чаще болеть и проецировать свои комплексы на новую семью: мальчик, скорее всего, будет гонять супругу, а девочка свяжет жизнь с жестоким и агрессивным мужчиной.

Нужны ли России XXI века такие «традиции»?

Еспч обязал россию бороться с домашним насилием после дела грачевой — рбк

ЕСПЧ постановил, что власти России должны разработать план действий по изменению общественного мнения о гендерном насилии в отношении женщин и распространить информацию об имеющихся правовых и других средствах правовой защиты для пострадавших. Речь идет, в частности, о сборе статистических данных о предотвращении и наказании домашнего насилия, включая жалобы, не повлекшие за собой возбуждения административного или уголовного дела.

Победой решение ЕСПЧ назвала экс-депутат Госдумы Оксана Пушкина, которая является соавтором законопроекта о профилактике домашнего насилия. В комментарии РБК она подчеркнула, что это первое подобное решение в истории ЕСПЧ.

Пушкина также рассказала, что до исполнения государством требований суда все остальные подобные иски будут рассматриваться по упрощенной процедуре. «Суд дал подробные и конкретные указания относительно мер, которые обязана принять Россия», — сказала Пушкина.

Среди них — определение понятия «насилие в семье» и криминализация таких действий, установление правил защиты всех жертв, финансирование программ реабилитации.

«Государство-ответчик должно обеспечить обязательную подготовку по динамике домашнего насилия для судей, полицейских, прокуроров, медицинских работников, социальных работников и других должностных лиц, которые могут вступить в контакт с жертвой.

Ему также следует разработать механизм мониторинга для точного сбора всеобъемлющих статистических данных о предотвращении и наказании домашнего насилия и регистрации статистических данных о домашнем насилии с разбивкой по полу и возрасту и характеру отношений между преступником и жертвой или жертвами, включая жалобы о домашнем насилии, не повлекшем за собой возбуждения административного или уголовного дела», — добавила она.

В решении ЕСПЧ речь идет о необходимости структурных изменений, отмечает адвокат Мари Давтян.

«Речь идет о структурных изменениях, включая принятие закона [о домашнем насилии], подготовку сотрудников, охранные ордера, межведомственное взаимодействие органов и многое другое, что государство обязано теперь сделать — ему это не рекомендовано, а оно именно обязано, это вопрос исполнения решения ЕСПЧ. До тех пор пока Россия не исполнит это постановление, все жалобы против нее о домашнем насилии будут рассматриваться по упрощенной процедуре: будет считаться, что априори, пока государство не приняло эти меры, оно нарушило права заявителей. И будут присуждаться компенсации. А таких дел в ЕСПЧ уже очень много. Это, безусловно, значимый прецедент. Наверное, это самое значимое решение международного органа по этой теме в принципе», — подчеркнула адвокат.

Как отметил юрист Кирилл Коротеев, пилотные постановления в отношении России до сих пор принимались четыре раза.

До сих пор результатом подобных решений ЕСПЧ стали закон 2010 года о компенсациях за задержки в исполнении российских решений и за чрезмерную длительность судебного производства, а также прошлогодняя поправка к КАС о праве требовать компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей. А вот насильственные исчезновения и пытки на Северном Кавказе, которым также было посвящено пилотное постановление ЕСПЧ, так и не расследуются.

В постановлении суда указывается, что законопроект о профилактике семейно-бытового насилия в России так и не был рассмотрен в парламенте. Документ был внесен в Госдуму еще в 2019 году, однако не был принят.

9 декабря президент России Владимир Путин заявил, что законопроект проработан и основные противоречия в нем «вроде бы» сняты, его поддержало экспертное управление администрации президента. Однако, добавил Путин, этот закон необходимо сбалансировать, чтобы исключить «возможность внешнего вмешательства в жизнь семьи».

Глава думского комитета по вопросам семьи, женщин и детей Нина Останина охарактеризовала законопроект о домашнем насилии «настолько спорным», что ни Совет Федерации, ни Госдума, ни президент «пока не отважились принять однозначное решение о необходимости его принятия».

«В нашем комитете склонны считать, что существующих сегодня норм УК РФ вполне достаточно, чтобы наказывать тех, кто распускает руки или оказывает физическое и психологическое давление на членов семьи. Единственное, чего недостает у нас, это обращений самих жертв насилия в правоохранительные органы», — сказал Останина РБК.

Она добавила, что часто пострадавшие забирают заявления из полиции, а это ставит в трудное положение правоохранительные органы.

«Но если вопрос в том, предлагаем ли мы на сегодняшний день какие-то новеллы в законодательство и будем ли мы возвращаться к законопроекту о домашнем насилии, отвечаю вам твердо: нет», — резюмировала Останина.

Еспч обязал россию выплатить 450 000 евро четверым жертвам домашнего насилия

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) обязал Российскую Федерацию выплатить 450 660 евро Маргарите Грачевой, Елене Гершман, Наталье Туниковой и Ирине Петраковой, которые стали жертвами домашнего насилия. Об этом говорится в решении ЕСПЧ. 

Читайте также:  Отзыв заявления об увольнении по собственному желанию в 2020 году: образец, сроки

Жалоба была подана заявителями в декабре 2016 г. В ней говорилось, что в России отсутствуют средства правовой защиты от насилия в семье и государство не способно защитить их от данного преступления, следует из решения суда. Суд также счел, что российское государство не предприняло должных мер, чтобы обезопасить жертв домашнего насилия от жестокого обращения.

«Суд счел установленным, что власти были осведомлены о бытовом насилии, которому подверглись заявители.

Однако государство фактически отказалось от своего обязательства расследовать все случаи жестокого обращения, при этом власти использовали всевозможные средства, включая ссылку на внутреннее законодательство, которое устанавливает довольно высокий порог для травм, подлежащих судебному преследованию», — говорится в решении суда. 

ЕСПЧ также потребовал от Российской Федерации создания в российской правовой системе определения «домашнего насилия», а также правовых и процессуальных положений для судебного преследования случаев домашнего насилия. 

«Суд подтвердил ошеломляющие масштабы бытового насилия в отношении женщин в России и систематические проблемы с обеспечением судебного преследования и осуждения. Неспособность правительства принять законодательство для решения этой проблемы привела к сохранению климата, благоприятствующего насилию в семье», — отмечается в решении суда. 

В частности, Елена Гершман после множества попыток применения к ней физического насилия со стороны супруга обратилась в полицию, но правоохранительные органы отказались возбуждать уголовное дело, заявив, что ее травмы «не были достаточно серьезными для начала расследования». Ее обращения по частному обвинению, связанное с нанесением побоев, также не привело к возбуждению уголовного дела, поскольку преступление, связанное с нанесением побоев, было исключено из Уголовного кодекса и трактуется как административное правонарушение. 

Ирина Петракова, как утверждается в решении ЕСПЧ, на протяжении восьми лет (с 2007 по 2015 г.

) регулярно подвергалась домашнему насилию со стороны мужа, но полиция отказывалась возбуждать уголовное дело, поскольку «угроза ее жизни не была реальной» и нанесение побоев подлежало только частному обвинению.

Однако после возбуждения уголовного дела обвинения с ее бывшего супруга были сняты, а решение суда о его виновности было отменено.

Четвертая заявительница — Наталья Туникова. После нескольких случаев бытового насилия Туникова ударила ножом своего партнера, когда он толкал ее к краю балкона.

Она была привлечена к уголовной ответственности и осуждена за причинение телесных повреждений, но ее собственная жалоба на него не была рассмотрена судом. Полиция отказалась расследовать угрозы партнера.

Мировой судья прекратил разбирательство, постановив, что ее явка в суд с опозданием на слушание на 15 минут означала отзыв ее жалобы.

В феврале 2017 г. президент России Владимир Путин подписал закон, в соответствии с которым побои, совершенные впервые, были переквалифицированы из уголовного преступления в административные правонарушения. Побоями в данном случае считаются действия, «причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий».

В апреле этого года Конституционный суд России признал не соответствующей Конституции страны статью 116.1 Уголовного кодекса (нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию) и обязал внести в Уголовный кодекс изменения.

 «Законодателю надлежит внести в УК РФ изменения, а также установить компенсаторный механизм для потерпевших, в делах которых — с момента вступления в силу этого постановления и до введения в действие соответствующих изменений — будет применяться оспоренная норма», — сказано в заявлении.

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко в октябре этого года говорила, что палата внесет в Госдуму законопроект о профилактике домашнего насилия, однако пока он так и не был внесен. 

Попытки принять закон о профилактике семейно-бытового насилия предпринимались неоднократно. В конце ноября 2019 г. Совфед опубликовал вариант такого документа на своем сайте.

В нем, в частности, были указаны формы профилактического воздействия, включая правовое просвещение и правовое информирование, профилактический учет и контроль, помощь в социальной адаптации лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, социальную реабилитацию таких людей, специализированные психологические программы, защитное предписание и судебное защитное предписание.

Россия расплатится за домашнее насилие

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) впервые обязал Россию выплатить компенсацию по делу о домашнем насилии.

ЕСПЧ указал, что в нашей стране отсутствует законодательство, сдерживающее домашнее насилие, а пострадавшие не получают помощи.

Эксперты заявили о необходимости принять закон о профилактике семейно-бытового насилия и ратифицировать Стамбульскую конвенцию ЕС. Ранее Минюст РФ заявлял, что российское законодательство в этой области изменений не требует.

9 июля ЕСПЧ вынес решение по делу 34-летней россиянки Виктории Володиной, которая жаловалась на домашнее насилие. Сейчас женщина сменила имя и уехала из России. Ранее она жила в Ульяновске с гражданским мужем.

В 2015 году она ушла от него, но тот начал ее преследовать, избивать и угрожать убийством.

Когда она уехала в Москву, мужчина нашел ее резюме на сайте вакансий и пригласил на собеседование, а затем насильственно увез в Ульяновск.

С января 2016 по март 2018 года женщина семь раз обращалась в полицию из-за побоев или угроз насилия. В одном из случаев избиение привело к выкидышу, в другом преследователь перерезал тормозной шланг в ее машине и забрал сумку с паспортом.

Полиция не возбудила уголовное дело по жалобам. В марте 2018 года все же было возбуждено уголовное дело о вмешательстве в частную жизнь, когда мужчина выложил в интернет интимные фотографии женщины без ее согласия, но оно было закрыто.

Когда заявительница обратилась за госзащитой, областное управление МВД ей отказало.

«Мне ничем не помогли в России. Я столкнулась с равнодушием, осуждением, постоянными отписками и шутками вроде «вот убьют, тогда и приходите»»,— рассказала “Ъ” госпожа Володина.

ЕСПЧ установил, что заявительница подверглась бесчеловечному и унижающему достоинство обращению со стороны бывшего партнера, а власти страны не защитили ее от насилия.

«Суд указал, что в России нет сдерживающего домашнее насилие законодательства, нет охранных ордеров, которые действуют в большинстве стран Совета Европы и помогают защищать жертв, оказавшихся в такой ситуации»,— рассказала “Ъ” представитель заявительницы в суде, юрист правозащитной организации «Правовая инициатива» Ольга Гнездилова. Суд подчеркнул, что российское государство «не создало условия для обеспечения реального гендерного равенства, которое бы позволило женщинам жить без страха, жестокого обращения или посягательства на их неприкосновенность». Россия обязана выплатить госпоже Володиной €20 тыс. и еще свыше €5 тыс.— на судебные расходы.

«Это первая жалоба из России по домашнему насилию, по которой ЕСПЧ вынес постановление,— подчеркивает госпожа Гнездилова.— Теперь рассмотрение подобных жалоб пойдет быстрее».

Недавно Страсбург коммуницировал еще четыре дела по домашнему насилию, в том числе жалобу жительницы подмосковного Серпухова Маргариты Грачевой, которой муж отрубил руки.

После решения ЕСПЧ сенатор, член комитета СФ по конституционному законодательству Ирина Рукавишникова поддержала введение охранных ордеров, которые запрещают преследователю приближаться к жертве.

Член Совета при президенте РФ по правам человека Ирина Киркора выразила надежду, что после этого решения будет принят законопроект о профилактике семейно-бытового насилия.

Ранее российский омбудсмен Татьяна Москалькова заявила, что бросит все свои силы на то, чтобы добиться принятия этого закона.

«О законопроекте говорят более пяти лет, в его поддержку собрано более полумиллиона подписей. В его соавторах — более сорока человек, в том числе Татьяна Москалькова.

Против выступают консерваторы, включая сенатора Елену Мизулину и депутата Госдумы Тамару Плетневу»,— напомнила “Ъ” юрист и соавтор законопроекта Алена Попова.

Она пояснила, что законопроект предполагает введение охранных ордеров, которые защищали бы не только жертву, но и ее родных, вводит систему учета преступлений и подразумевает создание кризисных центров для жертв.

«Если бы был этот закон, не было бы дела сестер Хачатурян: им не пришлось бы защищаться от отца-насильника, их бы защитило государство»,— предположила Алена Попова. Напомним, сестрам в июне 2019 года предъявлено обвинение в убийстве группой лиц по предварительному сговору. Защита считает, что они сами были жертвами длящегося преступления и пошли на убийство в рамках необходимой обороны.

Напомним, законопроект появился после того, как в феврале 2016 года из ст. 116 УК РФ исключили побои в отношении членов семьи и перевели их в разряд административных правонарушений. В начале 2018 года Татьяна Москалькова признала декриминализацию побоев ошибкой.

О последствиях декриминализации побоев свидетельствуют данные судебного департамента при Верховном суде РФ: в 2017 году количество жалоб на домашнее насилие в России выросло втрое, в суды поступило около 161 тыс. административных дел. По данным Росстата, в 2017 году от насилия в семье пострадали 25,7 тыс. женщин и 10,4 тыс. мужчин.

ВЦИОМ в 2017 году выяснил, что 10% опрошенных россиян подвергались насилию в семье, а 19% допустили применение физической силы в отношении близких.

В конце 2018 года правозащитная организация Human Rights Watch заявила, что декриминализация привела к ощущению безнаказанности для агрессора: с насилием со стороны близких сталкивается каждая пятая женщина, и 60–70% пострадавших не обращаются за помощью, отметили правозащитники.

В России действует Национальная стратегия действий в интересах женщин на 2017–2022 годы, в которую включен поиск способов профилактики и предупреждения насилия в отношении женщин.

ЕСПЧ в решении по делу Виктории Володиной напомнил, что Россия могла бы также подписать Стамбульскую конвенцию Совета Европы о предупреждении насилия в отношении женщин, бытового насилия и борьбе с ним.

За ее ратификацию выступали члены СПЧ и госпожа Москалькова, против высказывались член СФ, председатель «Союза женщин России» Екатерина Лахова и глава РПЦ патриарх Кирилл: все они считают, что документ противоречит традиционным ценностям и концепции семейной политики России. «Российское законодательство в достаточной мере обеспечивает защиту от насилия в семье и не нуждается в разработке дополнительных правовых норм»,— отмечено в докладе Минюста РФ для Совета по правам человека ООН, подготовленном весной 2018 года.

Анастасия Курилова, Мелиса Савина, Юлия Федотова

Еспч обязал россию выплатить 450 000 евро четверым жертвам домашнего насилия

Источник: Ведомости

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) обязал Российскую Федерацию выплатить 450 660 евро Маргарите Грачевой, Елене Гершман, Наталье Туниковой и Ирине Петраковой, которые стали жертвами домашнего насилия. Об этом говорится в решении ЕСПЧ.

Жалоба была подана заявителями в декабре 2016 г. В ней говорилось, что в России отсутствуют средства правовой защиты от насилия в семье и государство не способно защитить их от данного преступления, следует из решения суда. Суд также счел, что российское государство не предприняло должных мер, чтобы обезопасить жертв домашнего насилия от жестокого обращения.

«Суд счел установленным, что власти были осведомлены о бытовом насилии, которому подверглись заявители.

Однако государство фактически отказалось от своего обязательства расследовать все случаи жестокого обращения, при этом власти использовали всевозможные средства, включая ссылку на внутреннее законодательство, которое устанавливает довольно высокий порог для травм, подлежащих судебному преследованию», — говорится в решении суда.

Читайте также:  Прекращение уголовного дела по примирению сторон с выплатой штрафа не является судимостью?

ЕСПЧ также потребовал от Российской Федерации создания в российской правовой системе определения «домашнего насилия», а также правовых и процессуальных положений для судебного преследования случаев домашнего насилия.

«Суд подтвердил ошеломляющие масштабы бытового насилия в отношении женщин в России и систематические проблемы с обеспечением судебного преследования и осуждения.

Неспособность правительства принять законодательство для решения этой проблемы привела к сохранению климата, благоприятствующего насилию в семье», — отмечается в решении суда.

В частности, Елена Гершман после множества попыток применения к ней физического насилия со стороны супруга, обратилась в полицию, но правоохранительные органы отказались возбуждать уголовное дело, заявив, что ее травмы «не были достаточно серьезными для начала расследования». Ее обращение по частному обвинению также не привело к возбуждению уголовного дела, поскольку преступление, связанное с нанесением побоев, было исключено из уголовного кодекса и трактуется как административное правонарушение.

Ирина Петракова, как утверждается в решении ЕСПЧ, на протяжении восьми лет (с 2007 по 2015 гг.

) регулярно подвергалась домашнему насилию со стороны мужа, но полиция отказывалась возбуждать уголовное дело, поскольку «угроза ее жизни не была реальной» и нанесение побоев подлежало только частному обвинению.

Однако после возбуждения уголовного дела, обвинения с ее бывшего супруга были сняты, а решение суда о его виновности было отменено.

Четвертая заявительница — Наталья Туникова после нескольких случаев бытового насилия Туникова ударила ножом своего партнера, когда он толкал ее к краю балкона.

Она была привлечена к уголовной ответственности и осуждена за причинение телесных повреждений, но ее собственная жалоба на него не была рассмотрена судом. Полиция отказалась расследовать угрозы партнера.

Мировой судья прекратил разбирательство, постановив, что ее явка в суд с опозданием на слушание на 15 минут означало отзыв ее жалобы.

В феврале 2017 г. президент России Владимир Путин подписал закон, в соответствии с которым побои, совершенные впервые, были переквалифицированы из уголовного преступления в административные правонарушения.

Побоями в данном случае считаются действия, «причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий».

В апреле этого года Конституционный суд России признал не соответствующей Конституции страны статью 116.

1 Уголовного кодекса (нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию) и обязал внести в Уголовный кодекс изменения.

«Законодателю надлежит внести в УК РФ изменения, а также установить компенсаторный механизм для потерпевших, в делах которых — с момента вступления в силу этого постановления и до введения в действие соответствующих изменений — будет применяться оспоренная норма», — сказано в заявлении.

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко в октябре этого года говорила, что палата внесет в Госдуму законопроект о профилактике домашнего насилия, однако пока он так и не был внесен.

Попытки принять закон о профилактике семейно-бытового насилия предпринимались неоднократно. В конце ноября 2019 г. Совфед опубликовал вариант такого документа на своем сайте.

В нем, в частности, были указаны формы профилактического воздействия, включая правовое просвещение и правовое информирование, профилактический учет и контроль, помощь в социальной адаптации лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, социальную реабилитацию таких людей, специализированные психологические программы, защитное предписание и судебное защитное предписание.

Статью можно посмотреть здесь: Подробнее ➤

Еспч обязал россию выплатить 450 000 евро четверым жертвам домашнего насилия

Жалоба была подана заявителями в декабре 2016 г. В ней говорилось, что в России отсутствуют средства правовой защиты от насилия в семье и государство не способно защитить их от данного преступления, следует из решения суда. Суд также счел, что российское государство не предприняло должных мер, чтобы обезопасить жертв домашнего насилия от жестокого обращения.

«Суд счел установленным, что власти были осведомлены о бытовом насилии, которому подверглись заявители.

Однако государство фактически отказалось от своего обязательства расследовать все случаи жестокого обращения, при этом власти использовали всевозможные средства, включая ссылку на внутреннее законодательство, которое устанавливает довольно высокий порог для травм, подлежащих судебному преследованию», — говорится в решении суда.

ЕСПЧ также потребовал от Российской Федерации создания в российской правовой системе определения «домашнего насилия», а также правовых и процессуальных положений для судебного преследования случаев домашнего насилия.

«Суд подтвердил ошеломляющие масштабы бытового насилия в отношении женщин в России и систематические проблемы с обеспечением судебного преследования и осуждения. Неспособность правительства принять законодательство для решения этой проблемы привела к сохранению климата, благоприятствующего насилию в семье», — отмечается в решении суда.

В частности, Елена Гершман после множества попыток применения к ней физического насилия со стороны супруга обратилась в полицию, но правоохранительные органы отказались возбуждать уголовное дело, заявив, что ее травмы «не были достаточно серьезными для начала расследования». Ее обращение по частному обвинению, связанное с нанесением побоев, также не привело к возбуждению уголовного дела, поскольку преступление, связанное с нанесением побоев, было исключено из Уголовного кодекса и трактуется как административное правонарушение.

Ирина Петракова, как утверждается в решении ЕСПЧ, на протяжении восьми лет (с 2007 по 2015 гг.

) регулярно подвергалась домашнему насилию со стороны мужа, но полиция отказывалась возбуждать уголовное дело, поскольку «угроза ее жизни не была реальной» и нанесение побоев подлежало только частному обвинению.

Однако после возбуждения уголовного дела, обвинения с ее бывшего супруга были сняты, а решение суда о его виновности было отменено.

Четвертая заявительница — Наталья Туникова. После нескольких случаев бытового насилия Туникова ударила ножом своего партнера, когда он толкал ее к краю балкона.

Она была привлечена к уголовной ответственности и осуждена за причинение телесных повреждений, но ее собственная жалоба на него не была рассмотрена судом. Полиция отказалась расследовать угрозы партнера.

Мировой судья прекратил разбирательство, постановив, что ее явка в суд с опозданием на слушание на 15 минут означала отзыв ее жалобы.

В феврале 2017 г. президент России Владимир Путин подписал закон, в соответствии с которым побои, совершенные впервые, были переквалифицированы из уголовного преступления в административные правонарушения. Побоями в данном случае считаются действия, «причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий».

В апреле этого года Конституционный суд России признал не соответствующей Конституции страны статью 116.1 Уголовного кодекса (нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию) и обязал внести в Уголовный кодекс изменения.

«Законодателю надлежит внести в УК РФ изменения, а также установить компенсаторный механизм для потерпевших, в делах которых — с момента вступления в силу этого постановления и до введения в действие соответствующих изменений — будет применяться оспоренная норма», — сказано в заявлении.

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко в октябре этого года говорила, что палата внесет в Госдуму законопроект о профилактике домашнего насилия, однако пока он так и не был внесен.

Попытки принять закон о профилактике семейно-бытового насилия предпринимались неоднократно. В конце ноября 2019 г. Совфед опубликовал вариант такого документа на своем сайте.

В нем, в частности, были указаны формы профилактического воздействия, включая правовое просвещение и правовое информирование, профилактический учет и контроль, помощь в социальной адаптации лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, социальную реабилитацию таких людей, специализированные психологические программы, защитное предписание и судебное защитное предписание.

Рф обязана выплатить €26 тыс. жертве домашнего насилия

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) постановил, что Российская Федерация должна выплатить почти €26 тыс. россиянке Валерии Володиной, которая подала жалобу на домашнее насилие со стороны своего сожителя, а также на бездействие властей в этой ситуации. На решение Страсбургского суда обратило внимание «МБХ медиа».

Как следует из материалов дела, Валерия Володина (в августе 2018 года она сменила имя, опасаясь за свою жизнь) родилась в 1985 году в Ульяновске. В ноябре 2014 года она начала жить вместе с человеком, который фигурирует как С. (его полное имя не приводится). В мае 2015 года она попыталась от него уйти первый раз, но столкнулась с оскорблениями, С. угрожал убить ее и ее сына.

С января 2016 года по март 2018-го С.

неоднократно избивал Володину, похищал документы, устраивал за ней слежку, подбрасывая ей GPS-трекер, похищал при попытках сбежать, а также покушался на ее жизнь, повредив тормоза ее машины.

В одном из приведенных эпизодов указывается, что С. нанес Володиной удары по лицу и животу, когда она была на девятой неделе беременности. Столкнувшись с риском выкидыша, ей пришлось сделать аборт.

Несмотря на то что заявительница неоднократно фиксировала побои, полиция отказывалась возбуждать дело, не обнаруживая состава уголовного преступления. По мнению полиции, ни угрозы, ни действия С. не позволяли сделать вывод, что риск для жизни заявительницы был «реальным».

Только в марте 2018 года, после того как сожитель опубликовал в социальной сети личные фотографии Володиной без ее разрешения, полиция начала расследование за нарушение неприкосновенности частной жизни (часть 1 статьи 137 Уголовного кодекса РФ). Впрочем, расследование не дало никаких результатов на момент представления документов в ЕСПЧ.

Валерия Володина подавала заявление о праве на государственную защиту, но полиция сочла просьбу необоснованной.

Так как формальное решение не было вынесено, заявительница подала жалобу в Заволжский районный суд г. Ульяновска.

Суд подтвердил, что не вынесение официального решения незаконно, но отказался предоставлять государственную защиту заявительнице, оставив этот вопрос на усмотрение полиции.

В своем иске в ЕСПЧ защита заявительница приводит статистику по домашнему насилию в России, отмечая, что фактических случаев намного больше: многие женщины предпочитают скрывать и мириться с ними или решать проблему без помощи властей, потому что не ждут от них поддержки. Несмотря на актуальность проблемы, нет конкретных законов , гарантирующих предотвращение и судебное расследование преступлений, которые совершаются в семье.

В своем иске она указала, что «российские власти не выполнили обязанности по предотвращению, расследованию и судебному преследованию актов насилия», а также «не смогли создать правовую основу для борьбы с дискриминацией женщин по гендерному признаку».

Пожаловавшись на нарушения статей 3 (запрет на бесчеловечное и унижающее человеческое достоинство обращение) и 14 (запрет дискриминации) Конвенции о защите прав человека, Володина потребовала требовала €40 тыс. за моральный ущерб и €5,8 тыс. на возмещение судебных издержек. Суд вполовину уменьшил сумму компенсации морального вреда — до €20 тыс. и согласился с требованием возмещения судебных трат.

По словам адвоката «Правовой инициативы» Ольги Гнездиловой, это первое решение ЕСПЧ не только о домашнем насилии в России, но и о дискриминации женщин в стране.

«Действия властей в этом деле были не просто отказом или задержкой в решении проблемы насилия в отношении заявительницы, а вытекали из их «нежелания признать серьезность и масштабы проблемы домашнего насилия в России и его дискриминационного воздействия на женщин», — уточнила адвокат.

Закон о декриминализации побоев, который смягчил наказание за шлепки, затрещины и другие виды мелких побоев в семейных ссорах, действует в России с начала 2017 года.

Такие действия считаются административным правонарушением, а не уголовным преступлением.

В конце прошлого года  уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова назвала закон ошибкой и призвала ратифицировать Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector