Новости

Особенности рассмотрения уголовных дел в отношении предпринимателей: разъяснения ВС РФ

17 ноября 2021

Особенности рассмотрения уголовных дел в отношении предпринимателей: разъяснения ВС РФ

Мошенничество продолжает оставаться «любимой» статьей правоохранителей, поскольку ее формулировка позволяет объявить преступлением фактически любую сделку и даже банальное неисполнение условий контракта. В первом полугодии 2021 года, по данным Генпрокуратуры, было зарегистрировано 194,8 тысяч случаев мошенничества: прирост, по сравнению с аналогичным периодом 2020 года, составил 6 тысяч.

Давление на предпринимателей с каждый годом возрастает. Об этом свидетельствуют, в частности, участившиеся случаи обращения бизнесменов к уполномоченному по защите прав предпринимателей с жалобами на незаконное уголовное преследование.

Например, если в 2015 году таких обращений было чуть менее 2 000, то в 2020 году уже более 10 000. Причем более половины предпринимателей, обратившихся в связи с уголовным преследованием, привлекались к ответственности именно за мошенничество.

Такая информация содержится в докладе бизнес-омбудсмена Бориса Титова.

В большинстве случаев причиной возбуждения уголовных дел явились конфликты с другими предпринимателями, а также личные интересы сотрудников правоохранительных органов.

Рассмотрим несколько интересных уголовных дел, имевших широкий общественный резонанс в 2021 году.

В октябре текущего года в Саратовском областном суде рассматривалось апелляционное представление прокуратуры на оправдательный приговор, вынесенный в отношении экс-депутата областной думы и директора АО «Автокомбинат-2» Андрея Беликова. Он обвинялся в мошенничестве в особо крупном размере и коммерческом подкупе (ч.4 ст.159 УК РФ, ч.8 ст.204 УК РФ).

По версии следствия, в период с 2014 по 2018 годы Беликов обманным путем получил 7 млн рублей в счет возмещения затрат на перевозку льготных пассажиров. Также следствие считало, что обвиняемый за 5 млн рублей незаконно предоставил доступ нескольким индивидуальным предпринимателям к осуществлению пассажирских перевозок.

Суд первой инстанции счел, что инкриминируемые Беликову деяния носят гражданско-правовой характер, соответственно потерпевшая сторона должна была разрешать конфликт в порядке арбитражного судопроизводства. Областной суд согласился с этими доводами, оставив в силе оправдательный приговор с правом на реабилитацию.

И еще один пример вынесения оправдательного приговора.

В 2017 году в отношении Павла Чернявского – управляющего сибирским филиалом банка «Пушкино» — было возбуждено уголовное дело по факту мошенничества и легализации денежных средств, добытых преступным путем.

По версии следствия, Чернявский, являвшийся руководителем компании «ИнвестСтрой», помог юридическому лицу получить кредит в банке «Пушкино» для строительства многоэтажного здания.

Однако кредитные средства в размере 252 миллиона рублей были потрачены на иные цели.

Ввиду того, что заявитель, на показаниях которого и строилось все обвинение, отказался от первоначальных показаниях, обличающих подсудимого, Железнодорожный районный суд Новосибирска вынес оправдательный приговор с правом на реабилитацию. Тем не менее, Павел Чернявский провел под стражей около 3 лет.

Конечно, рассмотренные выше два дела с оправдательными приговорами – это, скорее, исключение, чем правило. В большинстве случаев суды встают на сторону обвинения и выносят обвинительные приговоры.

В августе текущего года Муромский городской суд вынес обвинительный приговор в отношении предпринимателя, обвиняемого в мошенничестве. Согласно материалам дела, бизнесмен попросил своих сотрудников оформить кредиты и передать деньги ему якобы для пополнения оборотных средств. Всего работники оформили кредитов на сумму более 6 млн рублей.

Первое время бизнесмен вносил платежи по кредитам, затем из-за финансового кризиса перестал это делать. Суд признал мужчину виновным в мошенничестве и приговорил его к 5 годам колонии общего режима. Кроме того, предприниматель должен возместить потерпевшим причиненный ущерб.

Весьма показательным примером привлечения предпринимателя к уголовной ответственности по ст. 159 УК РФ за нарушение условий сделки является уголовное дело в отношении известного застройщика г. Сочи Шапранова В.И.

В Адлерском районном суде г. Сочи второй год слушается уголовное дело в отношении директора ООО «ЮСИК», который по договорам между организацией и потерпевшими получил от последних денежные средства.

Организация исполнила свои обязательства перед дольщиками, построила жилой дом, за потерпевшими зарегистрировано право собственности на жилые помещения. Однако по формальным причинам застройщик не смог своевременно подключить дом к коммуникациям, что привело к возбуждению в отношении него уголовного дела по ст.

159 УК РФ. Вызывает удивление позиция потерпевших, поддержанная следствием, при которой они получили жилье, хоть и не подключённое к коммуникациям, но требуют с Шапранова выплаты им денежных средств в полном объёме. То есть и квартиры получили, и деньги желают вернуть.

Сам Шапранов, находящийся третий год под стражей, тем временем инициировал проведение всех необходимых процедур для подключения дома к коммуникациям. Следует также отметить, что все инкриминируемые обвиняемому эпизоды в отношении дольщиков совершены в период действия ст. 159.

4 УК РФ, что не учитывается стороной обвинения по понятным причинам: сроки давности привлечения к уголовной ответственности в случае переквалификации истекли и подсудимого придётся освободить от ответственности.

Довольно часто уголовные дела, возбужденные в отношении предпринимателей, не доходят до суда. Вот один такой пример.

Один из подмосковных застройщиков приобрел участок в округе Истра за 500 млн рублей. Данную сумму необходимо было выплатить поэтапно. Однако между участниками сделки возник спор, покупатель и продавец не исполнили своих обязательств.

Уголовное дело в отношении руководителя строительной фирмы возбуждено в 2018 году, однако после вмешательства уполномоченного по защите прав предпринимателей в Подмосковье и прокуратуры Московской области оно было прекращено ввиду отсутствия состава преступления.

Компетентными органами был установлен факт безосновательного перевода гражданско-правовых отношений в правовую плоскость, а также препятствование осуществлению предпринимательской деятельности.

Пытаясь привлечь предпринимателей к уголовной ответственности по ст. 159 УК РФ следственные органы идут на сознательные нарушения. Проблемы для обвиняемых по ст. 159 УК РФ предпринимателей начинаются уже при возбуждении уголовного дела.

Зачастую, даже при подтверждении факта совершения преступления в сфере предпринимательской деятельности следователи безапелляционно утверждают обратное, привлекают предпринимателей по чч. 1-4 ст. 159 УК РФ, чтобы обойти норму закона о запрете на заключение под стражу предпринимателей.

Также достаточно часто как мошенничество трактуются любые действия, совершенные путём обмана, даже в отсутствие признаков хищения, например безвозмездности изъятия. Известны практике и случаи привлечения бизнесменов к ответственности по ст.

159 УК РФ при том, что в действиях обвиняемых имеются признаки иных, менее тяжких составов преступлений (например, налоговых преступлений или иных преступлений в сфере экономической деятельности).

По-прежнему большой проблемой при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел в отношении предпринимателей по ст. 159 УК РФ остаются длительные сроки следствия и рассмотрения дел в судах.

Даже при относительной простоте дела сроки следствия в среднем составляют около одного года, а судебного рассмотрения – и того больше.

При этом обвиняемый все это время находится под стражей или, если ему «повезло» — под домашним арестом.

Следует отметить, что за последние 10 лет практика назначения наказания по ст.

159 УК РФ претерпела кардинальные изменения, если ранее возмещение ущерба и признание вины фактически гарантировали назначение условного срока, то сейчас даже при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве шансы назначения условного наказания по ч. 4 ст. 159 УК РФ невелики (исключение составляют отдельные регионы, например Республика Крым).

Из всего вышесказанного следует один простой вывод: несмотря на все предпринимаемые меры в виде либерализации уголовно-процессуального законодательства, в отношении предпринимателей продолжают активно возбуждаться уголовные дела по ст.159 УК РФ.

Причем многие из них изначально не имеют судебной перспективы ввиду отсутствия признаков какого-либо преступления.

Тем не менее, даже в этом случае предприниматель вынужден испытывать серьезные негативные последствия в виде помещения в СИЗО, обысков и фактической невозможности осуществлять дальнейшую коммерческую деятельность.

Поэтому очень важно с самого начала заручиться поддержкой грамотного адвоката по мошенничеству, который окажет необходимую помощь как на стадии предварительного расследования, так и в суде.

Специалист может добиться прекращения уголовного преследования/дела, вынесения оправдательного приговора или назначения наиболее мягкого наказания: конечные результаты зависят от обстоятельств дела.

Не следует ждать возбуждения уголовного дела: при наличии финансовой возможности к адвокату следует обратиться сразу же после получения запроса о предоставлении документов или вызове на опрос (отдельные предприниматели заключают соглашения даже при отсутствии какой-либо проблемы, страхуясь на будущее).

Особенности рассмотрения уголовных дел в отношении предпринимателей: разъяснения ВС РФ

Особенности рассмотрения уголовных дел в отношении предпринимателей: разъяснения ВС РФ

В целях исключения возможности использования уголовного преследования для давления на бизнес в законодательстве предусмотрены дополнительные гарантии обеспечения прав и законных интересов предпринимателей, привлекаемых к уголовной ответственности.

В частности, определено, что ряд преступлений в сфере предпринимательства являются делами частно-публичного обвинения, то есть возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя – например, мошенничество, а также присвоение или растрата (ч. 3 ст. 20 УПК РФ).

Установлен особый порядок признания предметов и документов вещественными доказательствами по делам об экономических преступлениях: определены четкие сроки вынесения соответствующего постановления, а также возвращения изъятых предметов и документов (ст. 81.1 УПК РФ).

Кроме того, в некоторых случаях возмещение предпринимателями причиненного ущерба является самостоятельным основанием для освобождения от уголовной ответственности (ст. 76.1 УК РФ).

По данным Судебной коллегии ВС РФ по уголовным делам, число осужденных за совершение преступлений в сфере предпринимательства и иной экономической деятельности сократилось за пять лет в четыре раза: с 8000 человек в 2010 году до 2032 в 2015 году.

Тем не менее это всего 0,2% от общего числа предпринимателей, дела в отношении которых были направлены в суды. За первое полугодие 2016 года было осуждено около 1000 человек, примерно четверть из которых освобождены судом от ответственности.

Эти данные свидетельствуют о том, что практика необоснованного уголовного преследования предпринимателей все же сохраняется.

В связи с этим ВС РФ подготовил разъяснения о том, как следует применять соответствующие нормы Уголовного кодекса и Уголовно-процессуального кодекса (Постановление Пленума ВС РФ от 15 ноября 2016 г.

№ 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности»; далее – Постановление № 48).

Читайте также:  Пациентка, которой не туда поставили пломбу, взыскала 84 000 руб.

Особенности досудебного производства

Как отмечалось выше, уголовные дела о мошенничестве (ст. 159-159.3, ст. 159.5 УК РФ), присвоении или растрате (ст. 160 УК РФ), причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст.

165 УК РФ) возбуждаются только по заявлению потерпевшего, если эти деяния совершены ИП или юридическим лицом в связи с осуществлением предпринимательской деятельности.

ВС РФ уточнил, что в случае, когда потерпевшим является коммерческая организация, такое заявление подается ее единоличным руководителем, руководителем коллегиального исполнительного органа (например, председателем правления) или лицом, уполномоченным на представление интересов организации в уголовном судопроизводстве (п. 3 Постановления № 48).

Если же в совершении какого-либо из указанных преступлений обвиняется сам руководитель коммерческой организации, дело может быть возбуждено по заявлению органа управления, который, согласно уставу, назначает руководителя и прекращает его полномочия (к примеру, совета директоров). Данный орган может уполномочить иное лицо на обращение с заявлением о возбуждении дела в отношении руководителя.

При избрании меры пресечения судьям необходимо помнить, что заключение под стражу не применяется к подозреваемым и обвиняемым в совершении целого ряда преступлений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, среди которых: незаконное предпринимательство, специальные составы мошенничества и др. (ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ). Исключение составляют случаи, когда дело возбуждается в отношении лица, не имеющего постоянного места жительства в России, либо нарушившего ранее избранную меру пресечения, либо скрывшегося от органов предварительного следствия, а также когда личность подозреваемого или обвиняемого не установлена. Но даже при наличии любого из этих обстоятельств суды обязаны обсудить возможность применения более мягкой меры пресечения в каждом конкретном деле, подчеркнул ВС РФ (абз. 2 п. 6 Постановления № 48).

Кроме того, Суд пояснил, что если перечисленные в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ преступления совершены ИП или членом органа управления коммерческой организации в соучастии с лицами, которые не являются предпринимателями, то последние также не могут быть арестованы (п. 8 Постановления № 48).

Специальный состав мошенничества

Особое внимание ВС РФ обратил на мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ч. 5 ст. 159 УК РФ). Напомним, такой специальный состав был возвращен в УК РФ летом текущего года (существовавшая ранее ст. 159.4 УК РФ утратила силу с 11 июля 2015 года в связи с признанием ее неконституционной).

Данное деяние заключается в преднамеренном неисполнении договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, повлекшем причинение значительного ущерба – более 10 тыс. руб. Речь идет только о договорах, сторонами которых являются ИП и (или) коммерческие организации (примечание 4 к ст. 159 УК РФ).

По мнению Суда, преднамеренным является умышленное полное или частичное неисполнение обязательств в целях хищения чужого имущества или приобретения права на него путем обмана или злоупотребления доверием другой стороны.

При этом обязательно должен быть доказан прямой умысел на совершение таких мошеннических действий (п. 9 Постановления № 48).

«Жалобы, поступающие в аппарат бизнес-омбудсмена, показывают, что умысел на хищение доказывается не всегда, хотя именно его наличие позволяет отделить мошенничество от гражданского правонарушения, которое совершается по вине стороны обязательства, – отмечает руководитель Экспертно-правового центра Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей Алексей Рябов. – Например, когда предприниматель в отсутствие у него необходимого объема денежных средств вынужден выбирать, с кем рассчитаться: с бюджетом, с работниками или с контрагентами, речь не идет об уголовном преступлении».

О наличии прямого умысла могут свидетельствовать такие обстоятельства, как, например, отсутствие у лица реальной возможности исполнить обязательство, использование при заключении договора фиктивных или поддельных документов, сокрытие информации о задолженности стороны и залоге имущества, а также распоряжение полученными по договору средствами в личных целях. Однако наличие какого-либо из указанных обстоятельств само по себе не может свидетельствовать об умысле на совершение преступления, суд должен оценивать совокупность всех доказательств, подчеркнул ВС РФ.

Освобождение от ответственности

В декабре 2011 года Уголовный кодекс был дополнен положением, предусматривающим специальное основание для освобождения от уголовной ответственности лиц, впервые совершивших определенные экономические преступления (ст. 76.1 УК РФ). Таковыми признаются лица, не имеющие неснятой или непогашенной судимости по тем же статьям на момент решения судом вопроса о возможности такого освобождения (п. 11 Постановления № 48).

Условием освобождения от ответственности за неуплату налогов или сборов (ст. 198-199.1 УК РФ) является возмещение в полном объеме ущерба, причиненного бюджетной системе РФ. Это значит, что до назначения судебного заседания по соответствующему делу должны быть уплачены все недоимки, пени и штрафы (ч. 2 ст. 28.1 УПК РФ).

Предприниматели отмечают, что на практике некоторые суды принимают в качестве подтверждающих факт возмещения причиненного ущерба только документы налоговых или иных уполномоченных органов о поступивших средствах.

В связи с этим ВС РФ уточнил, что соответствующим подтверждением являются и документы, удостоверяющие факт перечисления денег в счет задолженности налогоплательщика, например платежное поручение или квитанция с отметкой банка (п. 12 Постановления № 48).

Также Суд указал, что частичное возмещение ущерба, равно как и полное, но осуществленное после назначения судом первой инстанции судебного заседания, не могут быть основанием для освобождения от ответственности, но признаются смягчающими наказание обстоятельствами.

Освобождение от ответственности за совершение преступлений, перечисленных в ч. 2 ст. 76.1 УК РФ, а именно: сокрытие денежных средств либо имущества организации или ИП, за счет которых должно производиться взыскание налогов и сборов, уклонение от уплаты таможенных платежей, неправомерное использование инсайдерской информации и др.

, возможно при соблюдении нескольких условий. В частности, при возмещении причиненного ущерба и внесении в федеральный бюджет денежного возмещения в размере двукратной суммы ущерба либо при перечислении в бюджет полученного в результате совершения преступления дохода и денежного возмещения, равного двукратному размеру этого дохода.

ВС РФ отметил, что размер ущерба определяется на основании договоров, первичных учетных документов, выписок по расчетным счетам и т. д., в том числе путем проведения судебной экспертизы.

При определении величины денежного возмещения доходом признаются не только денежные средства в любой форме (наличные, безналичные, электронные деньги), но и имущество, имущественные права, ценные бумаги и др. (п. 15 Постановления № 48).

Суд подчеркнул, что освобождение от ответственности за совершение этих преступлений возможно при возмещении ущерба и перечислении всех необходимых денежных средств в бюджет вплоть до удаления суда в совещательную комнату (абз. 2 п. 14 Постановления № 48).

Очень важен вывод ВС РФ о том, что ст. 76.1 УК РФ является определенной дополнительной гарантией для предпринимателей и не исключает возможности их освобождения от ответственности по другим основаниям.

Суд указал: если лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, не выполнило все требования указанной статьи, оно не лишено права ходатайствовать об освобождении от ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ), примирением с потерпевшим (ст.

76 УК РФ) или назначением судебного штрафа (ст. 76.2 УК РФ). Суд может удовлетворить соответствующее ходатайство предпринимателя при выполнении им предусмотренных данными статьями условий (п. 16 Постановления № 48).

Надо отметить, что раньше Суд придерживался другого мнения, полагая, что единственным основанием для освобождения лица, совершившего преступление небольшой или средней тяжести в сфере экономической деятельности, является выполнение всех закрепленных в ст. 76.1 УК РФ требований (п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности»; далее – Постановление № 19).

Однако подробный анализ уголовно-правового законодательства показал, что ст. 76.1 УК РФ была введена в качестве дополнительной гарантии в отношении лиц, совершивших преступления в сфере экономической деятельности.

При этом закон не предусматривает каких-либо ограничений для освобождения указанных лиц от ответственности по другим основаниям, установленными до вступления в силу этой нормы, отметил заместитель Председателя ВС РФ, председатель Судебной коллегии ВС РФ по уголовным делам Владимир Давыдов, представлявший проект нового постановления на заседаниях Пленума ВС РФ.

«Основания освобождения от ответственности как между собой, так и по отношению к ст. 76.1 УК РФ не могут соотноситься как общие и специальные нормы, хотя бы в силу того, что положения ст. 75, ст. 76, ст. 76.2 УК РФ распространяются исключительно на преступления небольшой и средней тяжести, а 76.1 УК РФ – еще и на тяжкие преступления.

Кроме того, если в первом случае освобождение от ответственности составляет дискрецию правоприменителя, то в последнем лицо обязательно должно быть освобождено от ответственности, если выполнены все необходимые условия», – подчеркнул заместитель ВС РФ.

В связи с этим п. 16 был исключен из Постановления № 19 (п. 21 Постановления № 48).

Источник: информационно-правовой портал ГАРАНТ.РУ

Пленум ВС дал новые разъяснения по «предпринимательским» преступлениям — новости Право.ру

Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов Работников бизнеса нельзя привлечь в качестве соучастников «предпринимательского» преступления только за то, что они выполняли поручения своего руководителя. А самого руководителя нельзя привлечь к ответственности за то, что он взял на себя обоснованные риски во имя общественной пользы. Такие разъяснения дал Пленум Верховного суда.

Читайте также:  Уголовное дело по обвинению П. по п. «а,г» ч.2 ст.158 УК РФ

11 июня Пленум ВС внес изменения в несколько своих «уголовных» постановлений, в том числе в разъяснения от 15 ноября 2016 года «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности».

Верховный суд не ограничился «косметическими» изменениями и внес в постановление несколько новых положений. Рассказываем о них подробнее: 

Пленум подчеркивает: большая часть «предпринимательских» преступлений (ст. 159.1–159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, ч. 1 ст. 176, ст. 177, 180, 185. 1, ч. 1 ст. 201 Уголовного кодекса) относится к делам частно-публичного обвинения.

Возбуждаются такие дела по заявлению потерпевшего и только при условии, что они совершены ИП или руководителем коммерческой организации в связи с предпринимательской деятельностью. Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 5–7 ст.

159 УК, относятся к делам частно-публичного обвинения без какого-либо условия.

При проверке законности возбуждения уголовного дела суд должен уделять особое внимание проверке действий и мероприятий, которые связаны с ограничением имущественных и иных прав и свобод предпринимателей или сотрудников бизнеса. Если мероприятие было проведено незаконно, то суд должен вынести его «за скобки» и не учитывать его результаты при оценке обоснованности уголовного преследования.

Налоговые преступления предусматривают особый порядок действий следователя перед возбуждением дела.

Суду обязательно нужно проверять, направил ли следователь в течение трех суток в соответствующий налоговый орган или территориальный орган страховщика копию полученного им от органа дознания сообщения о налоговом преступлении.

К копии должны быть приложены соответствующие документы и предварительный расчет предполагаемой суммы недоимки по налогам. 

До получения ответа от налоговой службы следователь может возбудить дело, только если у него хватает других данных, указывающих на признаки преступления. Такие данные могут содержаться в материалах, которые направил прокурор в следственный орган для решения вопроса об уголовном преследовании, в заключении эксперта и других документах.

Если суд выяснит, что у следователя не хватало данных для возбуждения уголовного дела, то он может отменить постановление следователя и обязать последнего устранить нарушения уголовного закона.

Уголовно-процессуальный кодекс содержит запрет на аресты по ряду «предпринимательских» статей (ч. 1.1 ст. 108 УПК).

Но если индивидуальный предприниматель или руководитель коммерческой организации совершил преступление из перечня, а следователь хочет отправить его в СИЗО, то возможность найдется.

Для этого нужно доказать, что инкриминируемое преступление не связано с бизнес-процессами. Если это не смогут доказать, то суд не вправе арестовать коммерсанта.

ВС подчеркивает: чтобы отправить предпринимателя в СИЗО, следователю не хватит одного лишь указания на «корыстный мотив» подозреваемого. Также не сработает ссылка на способ распоряжения похищенным имуществом (например, присвоил лично или использовал для целей предпринимательства), потому что это не доказывает, что деяние совершили вне связи с осуществлением предпринимательской деятельности.

Эти разъяснения ВС повторяют и немного дополняют те, что сегодня добавили в специальное постановление по мерам пресечение (см. «Пленум ВС: как избирать меру пресечения»).

Преступление, совершенное группой лиц, наказывается строже. Поэтому Пленум ВС настаивает на особой проверке того факта, что преступление действительно совершалось в группе. Суду нужно обращать внимание на ряд вопросов при рассмотрении уголовного дела.

Был ли у каждого из соучастников умысел на совершение преступления в составе группы лиц? Была ли между соучастниками предварительная договоренность? Принимали ли фигуранты дела участие в выполнении определенных действий, о которых они предварительно договорились?

Особое внимание следует уделять случаям, когда за соучастие привлекают помощника руководителя организации, специалиста или другого работника. Сложившиеся между работником и предпринимателем (руководителем) трудовые или личные отношения сами по себе не могут рассматриваться в качестве доказательства совершения ими преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, отмечает ВС.

«Выполнение работником распоряжений руководителя, связанных с осуществлением преступной деятельности, не может выступать единственным основанием для привлечения работника к ответственности за соисполнительство в таком преступлении».

Пленум ВС вводит новые разъяснения. Нельзя признать действие преступным (хотя и содержит в себе признаки преступления), если оно было направлено на устранение или недопущение опасности, угрожающей личности, охраняемым законом интересам общества или государства. Но только при условии, что не были нарушены «пределы крайней необходимости».

Так, нельзя привлечь к уголовной ответственности за временное осуществление предпринимательской деятельности с просроченной лицензией, если прекращение такой деятельности может привести к «дезорганизации работы объектов жизнеобеспечения». Например, к прекращению отопления жилых домов и социальных объектов.

https://www.youtube.com/watch?v=0PFPchYWi0I

Положения ст. 41 УК об обоснованном риске распространяются и на предпринимателей, подчеркивает ВС. Обоснованный риск в ходе экономической деятельности для «достижения общественно полезной цели» и при условии соответствия риска обозначенным в законе критериям.

К таким критериям относится невозможность достижения общественно полезной цели путем совершения действий (или бездействия), не связанных с риском.

Также при «обоснованном риске» предпринимателю нужно принять «достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам».

Но если риск предпринимателя заведомо связан с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия, то допущенный им риск нельзя признать обоснованным.

Постановление Пленума ВС «О внесении изменений в отдельные постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам».

О предпринимателях и заключении под стражу!

Друзья, хотелось бы проанализировать вопрос избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении предпринимателей!

Речь пойдет о «модных» преступлениях предусмотренных ст.159 и ст. 160 УК РФ.

Из процесса в процесс мы с вами говорим и доказываем, что наш подзащитный подозревается или уже обвиняется в преступлении совершенном в сфере предпринимательской деятельности, а суды указывают на ст. 2 ГК РФ, необоснованность наших доводов, избирают стражу либо ее продлевают.

Так вот: Все мы знаем, что ч.1.1 ст. 108 УПК РФ установлен запрет на применение заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений совершенных в сфере предпринимательской деятельности.

Пленум ВС от 19 декабря 2013 года в своем Постановлении № 41 в пункте 8 разъяснил, что: Для разрешения вопроса о предпринимательском характере деятельности судам надлежит руководствоваться пунктом 1 ст.

2 ГК РФ, в соответствии с которым предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Разъяснить судам, что преступления, предусмотренные статьями 159 — 159.

6, 160 и 165 УК РФ, следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность самостоятельно или участвующим в предпринимательской деятельности, осуществляемой юридическим лицом, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью.

  • К таким лицам относятся индивидуальные предприниматели в случае совершения преступления в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим им имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, а также члены органов управления коммерческой организации в связи с осуществлением ими полномочий по управлению организацией либо при осуществлении коммерческой организацией предпринимательской деятельности.
  • Перечисленная норма саботировалась судами и они продолжали заключать под стражу подозреваемых и обвиняемых учредителей, генеральных директоров, их заместителей и других работников.
  • При таком положении требовались разъяснения, что все-таки следует считать преступлением совершенном в сфере предпринимательской деятельности.
  • И вот 15 ноября 2016 года Верховный Суд собрал свой Пленум и Постановил № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности».
  • Оправдались ли наши надежды через полгода действия этого Постановления?

По-моему мнению — НЕТ! Но работаем с тем, что имеем!

Постановление № 48 дает хоть какую-то конкретику во взаимосвязи со всеми его положениями.

Пункт 1: Обратить внимание судов на то, что по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.

6, 160, 165 УК РФ (если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности), уголовным и уголовно-процессуальным законодательством установлены особенности уголовного судопроизводства, касающиеся, в частности, порядка рассмотрения сообщения о преступлении (части 7 — 9 ст.

144 УПК РФ) и возбуждения уголовного дела (часть 3 статьи 20, часть 1.2 ст. 140 УПК РФ), применения меры пресечения в виде заключения под стражу (часть 1.1 ст. 108 УПК РФ)…

Пункт 2: Судам при рассмотрении жалоб в порядке, установленном ст. 125 УПК РФ, на постановления о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица о преступлениях, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 УК РФ, СЛЕДУЕТ ИМЕТЬ В ВИДУ, ЧТО В СИЛУ ЧАСТИ 3 ст.

20 УПК РФ УГОЛОВНЫЕ ДЕЛА ОБ ЭТИХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ ЯВЛЯЮТСЯ ДЕЛАМИ ЧАСТНО-ПУБЛИЧНОГО ОБВИНЕНИЯ И ВОЗБУЖДАЮТСЯ НЕ ИНАЧЕ КАК ПО ЗАЯВЛЕНИЮ ПОТЕРПЕВШЕГО, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности, за исключением случаев, указанных в данной норме.

Пункт 3: По смыслу уголовно-процессуального закона в случаях, предусмотренных в части 3 ст. 20 УПК РФ, когда потерпевшим является коммерческая организация, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.

Читайте также:  Через сколько гасится судимость по п.а ч.2 ст. 161 УК РФ?

6, 160, 165 УК РФ, возбуждаются по заявлению лица, являющегося в соответствии с уставом организации ее единоличным руководителем (лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа) или руководителем коллегиального исполнительного органа (например, председатель правления акционерного общества), либо лица, уполномоченного руководителем коммерческой организации представлять ее интересы в уголовном судопроизводстве в соответствии с частью 9 ст. 42 УПК РФ.

Если в совершении указанных преступлений подозревается руководитель коммерческой организации, уголовное дело может быть возбуждено по заявлению органа управления организации, в компетенцию которого в соответствии с уставом входит избрание, назначение руководителя и (или) прекращение его полномочий (например, совета директоров), либо лица, уполномоченного этим органом обратиться с таким заявлением.

Что нам говорит Высокий Суд?

Преступления в сфере предпринимательской деятельности возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего и являются делами частно-публичного обвинения! Точка!

Часть 3 ст.

20 УПК РФ, уголовные дела частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат.

К уголовным делам частно-публичного обвинения относятся уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.

6, 160, 165 Уголовного кодекса Российской Федерации, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности…

За исключением случаев, если преступлением причинен вред интересам государственного или муниципального унитарного предприятия, государственной корпорации, государственной компании, коммерческой организации с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования либо если предметом преступления явилось государственное или муниципальное имущество.

Что же получается?

Часть 3 ст.

20 УПК РФ во взаимосвязи с Постановлением № 48 устанавливают, что все преступления где потерпевшие государственные или муниципальные унитарные предприятия, государственные корпорации, государственные компании, коммерческие организации с участием в уставном капитале государства или муниципального образования и если предметом преступления явилось государственное или муниципальное имущество — НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ В СФЕРЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Вроде бы хоть какая-то конкретика, а вот и нет!

Юристы из следственных отделов не хотят видеть предпринимательский характер даже там где нет потерпевшего государства.

Может я ошибаюсь, не видел материалов уголовного дела и основываюсь на информации из СМИ, но в деле господина Полонского потерпевшие физические лица, возбуждено уголовное дело по заявлениям этих лиц. И похожих уголовных дел очень много.

В одном из дел где я защищаю обвиняемого тоже потерпевшие все физические лица. Следователь и суд из продления в продление пишут одно и тоже! Ну вы знаете! )

А что остается делать суду при избрании меры пресечения?

Следователь обосновывая свое ходатайство об избрании заключения под стражу дает некую оценку действиям подозреваемого или обвиняемого, указывая — преступление совершено НЕ в сфере предпринимательской деятельности поскольку умысел подозреваемого или обвиняемого направлен на хищение… ну и там про ст. 2 ГК РФ тоже.

И вот рассматривая ходатайство следователя суд пишет, что не вправе на данной стадии входит в вопрос квалификации деяния, в существо обвинения и т.д.

Уважаемый суд, а какое значение имеет умысел при решении вопроса предпринимательского характера преступления? А то, что ст. 159 УК РФ и ст. 160 УК РФ вообще-то всегда предусматривает умысел на хищение! Или нет? Или эти составы могут не предусматривать умысла на хищение?

Сам ужаснулся написанному, может такое бывает?

А квалификация ли это? Квалификация преступления — точная уголовно-правовая оценка конкретного общественно опасного деяния. Заключается в установлении точного соответствия между признаками совершенного общественно опасного деяния и признаками, предусмотренными в нормах уголовного закона.

Если нашим подзащитным вменяют ч. 4 ст. 159 УК РФ, то каким образом суд установив сферу предпринимательского характера преступления вмешается в вопрос квалификации и виновности?

На мой скромный взгляд — НИКАК! Диспозиция статьи не меняется.

  1. Мой довод, смею заметить поддержан и прямо вытекает из Постановления № 41 и Постановления № 48, в которых четко указано: Суд во всех случаях должен выяснить, в какой сфере деятельности совершено преступление; Для разрешения вопроса о предпринимательском характере деятельности судам надлежит …
  2. То есть это всего лишь сфера и характер деятельности, которые значительно влияют на меру пресечения и ничто не препятствует суду установить данное обстоятельство.
  3. К сожалению практика показывает нежелание следователей, прокуроров и судов применять четкие нормы закона.
  4. Коллеги, будем и дальше ломать эту стену? 

О нюансах правоприменительной практики уголовного преследования предпринимателей

Контекст

Бизнес-омбудсмен Титов заявил об увеличении числа предпринимателей в СИЗОПрокуратура сократила количество проверок предпринимателей на 43%Бизнес-омбудсмен помог защитить права обратившихся к нему предпринимателей

Сегодня достаточно популярными стали дискуссии об уголовном преследовании за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. На особую важность этой темы неоднократно указывал и Президент России. Законодателем регулярно вносятся изменения в нормативно-правовую базу.

Вместе с тем на практике подобные законоположения порой не принимаются во внимание. Такое мнение высказала РАПСИ адвокат Коллегии адвокатов города Москвы «Барщевский и Партнеры», кандидат юридических наук Юлия Жиронкина.

К сожалению, по-прежнему нередким явлением остается использование уголовного преследования как средства разрешения споров между участниками гражданского оборота, а также как способа влияния, зачастую оказания давления на предпринимателей и иных хозяйствующих субъектов.

При этом правоохранителями применяется к ним общеуголовный подход, не всегда уместный и справедливый.

Прежде всего, это касается стадии досудебного судопроизводства.

Органы предварительного следствия при наличии обстоятельств, позволяющих избирать арест, весьма неохотно рассматривают возможность применения более мягкой процессуальной меры, ограничиваясь формальными формулировками, занимаясь, по сути, механическим переписыванием норм Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ без привязки к конкретной правовой ситуации. При этом качество следствия зачастую ставится в зависимость от избранной меры пресечения. В то же время нередко при ее чрезвычайно длительном сроке следственные и иные процессуальные действия органами предварительного расследования не производятся.

Однако и проведение процессуальных, оперативно-розыскных мероприятий, в ходе которых затрагиваются права и законные интересы не только хозяйствующих субъектов, но и иных лиц, остается без соответствующего обоснования.

Как результат, например, последним приходится реализовывать уже свое процессуальное право на предъявление требований о возврате неправомерно изъятого имущества и восстанавливать прежние общественные отношения в сфере гражданского оборота.

В этой связи приходится констатировать, что на практике ограничение имущественных прав порой не отвечает принципам законности, справедливости, соразмерности конституционно значимым целям охраны и защиты иных прав и законных интересов.

Сохраняет актуальность вопрос реализации лицом, привлеченным в качестве обвиняемого по уголовному делу, своих процессуальных правомочий.

Так, в соответствии с частью 3 статьи 47 УПК РФ обвиняемый вправе защищать свои права и законные интересы и иметь достаточное время и возможность для подготовки к защите.

Вместе с тем в правоприменительной практике имеют место случаи, при которых это время ничтожно мало. В частности, это касается судебных заседаний по рассмотрению ходатайств следствия на стадии предварительного расследования.

Подобная ситуация связана, в первую очередь, с процедурой уведомления участников производства, при которой последние узнают о назначенном судебном заседании фактически незадолго до его начала, что усложняет подготовку к защите, тем более по делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. В таких условиях вопрос о достаточности времени на подготовку к защите автоматически превращается в риторический. Бесспорно, можно заявить ходатайство об ознакомлении с материалами, что отсрочит на некоторое время разрешение ходатайства следствия. Но всегда ли это целесообразно для стороны защиты? Полагаю, что нет.

Между тем судами также не в полной мере учитываются особенности уголовного производства для преступлений в сфере предпринимательской деятельности. Не всегда выясняется, относится ли выявленное деяние к преступлениям в сфере предпринимательской деятельности.

На это обстоятельство в очередной раз обратил внимание и Верховный суд (ВС) РФ. «Практика рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ (как отмечается в постановлении пленума ВС от 3 октября 2017 года N33 «О ходе выполнения судами Российской Федерации постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2016 г.

№ 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности») свидетельствует о том, что суды недостаточно активно осуществляют контроль за законностью возбуждения и расследования уголовных дел в отношении предпринимателей».

В указанном постановлении дан ряд разъяснений, направленных на усиление судебного контроля за расследованием уголовных дел рассматриваемой категории.

В частности, указано на недопустимость формального подхода, необходимость проверки доводов, оценки мотивов, приведенных стороной обвинения в соответствующих ходатайствах, а также эффективности действий органов и должностных лиц, осуществляющих предварительное расследование.

Представляется, что обозначенное постановление будет способствовать минимизации имеющихся правоприменительных затруднений, что, в свою очередь, скажется на соблюдении законодательно установленных правовых гарантий предпринимателей в рамках уголовного судопроизводства.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector