Новости

Гд не разрешит приобщать видеозаписи, как доказательства в уголовных и гражданских делах

23 января 2020

Как правильно представлять в суд видео- и аудиозаписи и электронную переписку в качестве доказательств

Электронная переписка должна быть заверена нотариусом. Обычные скриншоты и распечатки суд может признать недостаточно достоверными.

ГД не разрешит приобщать видеозаписи, как доказательства в уголовных и гражданских делах

Зазулин Анатолий ИгоревичСтарший юрист

Суть любого судебного спора заключается в том, что стороны доказывают те или иные факты, обосновывающие их позицию.

В большинстве случаев на истца возлагается обязанность доказать, например, был ли ему причинен ущерб, образовалась ли перед ним задолженность, была ли осуществлена юридическая процедура с нарушением требований закона и т.п. – перечень можно продолжать очень долго.

С другой стороны, ответчик может либо признать иск, либо возражать против него, приводя свои контрдоказательства и доводы. Между тем, даже при пассивности ответчика суд может отказать лицу в иске, если последнее не представит достаточных доказательств, обосновывающих его правоту.

Данный принцип носит название «бремя доказывания» и является «сердцем» любого судебного разбирательства. Исходя из этого, не трудно прийти к выводу о том, что правильный сбор и представление доказательств суду является главным условием победы в споре.

Современный уровень развития технологий привел к тому, что будущие стороны процесса активно пользуются не только классическими, но и высокотехнологичными средствами связи: переписка по электронной почте и в мессенджерах, веб-сайты и онлайн-формы.

Эти технологии используются не только частными лицами и корпорациями, но и государством посредством портала «Госуслуги». Смартфоны позволяют в любую минуту записать разговор, сделать скриншот сайта, сфотографировать или записать на видео любое событие.

Все это существенно увеличивает возможности сбора доказательств для истца и ответчика. Однако суды склонны скептически относится к таким доказательствам.

Для успешного использования цифровых доказательств в суде необходимо знать правила их правильного представления, чему и посвящена настоящая статья.

Направление в суд электронных документов

Развитие государственных электронных сервисов «МойАрбитр» (для арбитражных судов) и «Правосудие» (для судов общей юрисдикции) привело к тому, что все большее количество обращений подается в суд с их помощью – в виде электронных документов.

Электронные документы бывают двух видов: (1) полностью созданные на компьютере, (2) отсканированные версии печатных документов. И в том, и в другом случае их представление в суд требует обязательного заверения электронно-цифровой подписью.

Электронно-цифровая подпись (ЭЦП) – это цифровой аналог собственноручной подписи, необходимый для идентификации отправителя электронного документа. Существует несколько типов ЭЦП.

  • Простая ЭЦП достаточно часто используется в повседневной жизни. Она представляет собой одноразовый код. С подобным шифрованием данных пользователи постоянно сталкиваются при подтверждении платежа с банковской карты: для успешного завершения операции необходимо ввести код, который присылается на номер телефона, привязанного к карточке.
  • Неквалифицированная ЭЦП не требует введения кодов и проставляется автоматически, если документ отправляется при помощи кабинета прошедшего идентификацию пользователя портала «Госуслуги».
  • Квалифицированная ЭЦП требует специального программного обеспечения и токена – флешки, содержащей криптографический элемент. По своему действию она более всех остальных типов напоминает подписание бумажного документа.

Поскольку сервисы «МойАрбитр» и «Правосудие» интегрированы с порталом «Госуслуги», то любой отправляемый с них электронный документ является подписанным неквалифицированной ЭЦП. Такая форма удостоверения электронных документов достаточна для большинства документов в суде, однако есть исключения.

С использованием квалифицированной ЭЦП податель должен направлять в суд cледующие электронные документы:

  • заявление об обеспечении иска и заявление о применении мер предварительной защиты административного иска, а также исковое заявление, апелляционная или кассационная жалоба с ходатайством об обеспечении;
  • заявление об обеспечении доказательств и заявление об обеспечении исполнения решения суда;
  • ходатайство о приостановлении исполнения решения суда или приостановлении исполнения решения государственного органа.

Эти заявления, поданные без заверения квалифицированной ЭЦП, будут отклонены судом, в связи с чем необходимо всегда помнить о специальных условиях их подачи.

Представление фотографий, аудио- и видеозаписей

В ходе судебного спора часто возникает необходимость в представлении суду аудио- или видеозаписей. Например, аудиозапись телефонного разговора с должником может свидетельствовать о том, что должник признает долг, а видеозапись с камер наблюдения в производственном цеху – о том, что работник не явился на свое рабочее место или крал вверенное ему имущество предприятия.

Во многих спорах такие записи могут исполнять роль главного доказательства и требуют правильного оформления в судебном процессе, а именно соблюдения следующих правил:

  • Аудио- или видеозапись должна быть представлена в суд на защищенном носителе, не позволяющем перезаписать или изменить информацию на нем в дальнейшем. Для этих целей используются оптические диски CD-R или DVD-R.
  • Вместе с аудио- или видеозаписью «в комплекте» должна идти стенограмма – письменная запись зафиксированного разговора или описание записанного на видео события. При составлении стенограммы аудиозаписи необходимо указать, кому принадлежат записанные голоса и какие фразы произносятся. В случае со стенограммой видеозаписи требуется также описать, какие действия совершаются в то или иное время (например, «6 мин. записи – 10 мин. записи: ответчик пересчитывает денежные средства»).
  • Если требуется предоставление нескольких видеозаписей (к примеру, с разных камер наблюдения) либо если исходная видеозапись достаточно длительна, то наряду с ней можно предоставить нарезку из наиболее показательных фрагментов. Первоначальные записи при этом также должны быть предоставлены суду.
  • Файлы, представляемые в суд, нельзя корректировать или изменять даже для того, чтобы улучшить изображение с помощью цветокоррекции. При необходимости «подсветить» важную деталь лучше всего в дополнение к исходной записи приобщить к делу измененную копию с указанием на то, для каких целей и с помощью какой программы был изменен исходный файл.

Важно! Необходимо быть готовым к тому, что суд захочет прослушать или просмотреть запись в судебном заседании, поэтому рекомендуется озаботиться технической возможностью ее воспроизведения в суде (которой у самого суда зачастую нет): взять с собой ноутбук с дисководом.

Что касается фотографий, то они могут быть представлены в суд как на оптическом диске, так и в распечатанном виде. Основная проблема при их использовании заключается в доказывании периода времени, когда они были сделаны или места, в котором было произведено фотографирование.

Например, ответчик, незаконно занимающий земельный участок истца нестационарным объектом, может оспаривать произведенные последним фотографии, на которых виден этот объект, указывая на то, что фото произведено до того, как он якобы добровольно демонтировал постройку.

В связи с этим рекомендуется проводить фотофиксацию нарушений с включенной функцией временной метки и геолокации (если это технически возможно).

Также необходимо помнить, что не все цифровые записи и фотографии могут быть приняты судом в качестве доказательств. Суд может признать недопустимыми:

Гд не разрешит приобщать видеозаписи, как доказательства в уголовных и гражданских делах

Сейчас эти материалы могут относиться к доказательствам, но только если так решит суд. Думский комитет по госстроительству и законодательству не видит повода менять регулирование. Эксперты, в свою очередь, считают это решение недальновидным.

Комитет Госдумы по госстроительству и законодательству планирует рекомендовать депутатам отклонить два законопроекта, которые предлагают в обязательном порядке приравнивать фото- и видеосъемку, а также аудиозаписи к доказательствам по уголовным, арбитражным и гражданским делам. Такое решение комитет может принять 15 декабря, рассказали «Известиям» несколько собеседников в комитете.

Законопроекты внесли в Госдуму в марте нынешнего года единоросс Дмитрий Вяткин и глава комитета СФ по конституционному законодательству Андрей Клишас.

Они ссылались на то, что в Кодексе об административных правонарушениях весной 2016 года появилась аналогичная норма об обязательном отнесении фото- и видеозаписей к доказательствам по административным делам.

Эти поправки в Уголовно-процессуальный, Арбитражный и Гражданский процессуальный кодексы, по их мнению, способствовали бы унификации законодательства.

Сейчас такие материалы могут приниматься в качестве доказательства по уголовным, гражданским и арбитражным делам, но только по усмотрению суда. Именно на это указало правительство в своих отрицательных отзывах на проекты законов.

Из правительственных документов следовало, что законопроекты не учитывают принцип свободы оценки доказательств и правила ее проведения, закрепленные в процессуальных кодексах.

Так, например, в УПК говорится о том, что судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь и дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Кроме того, каждое доказательство оценивается с точки зрения относимости, допустимости, достоверности.

Думский комитет по госстроительству, вероятно, поддержит  точку зрения правительства, отметив, что неопределенности в вопросе отнесения видеозаписей к доказательствам нет. В частности, в комитете могут обратить внимание на то, что согласно УПК никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а фото- и видеоматериалы могут признаваться одним из видов доказательств.

Читайте также:  В чем разница между ограничением и лишением свободы?

Проблема приобщения аудио- и видеозаписей к делу достаточно серьезная и часто встречается в адвокатской практике, рассказали опрошенные «Известиями» эксперты.

— Адвокаты и сейчас наделены правом самостоятельно собирать доказательства, но реализовать его крайне сложно. Вопрос передачи их следователю и правильной оценки до сих пор очень непросто решается. Зачастую следствие не принимает их от адвокатов, а суды не рассматривают.

Либо рассматривают, но не дают оценку в приговорах, то есть не принимают в качестве допустимых доказательств. Это порождает большое количество судебных ошибок и как следствие — вынесение неправосудных приговоров. Необходимо внедрять такую практику (использования в качестве доказательств аудио- и видеофайлов.

— «Известия»), — считает адвокат Оксана Михалкина.

Это распространенная проблема, согласен с коллегой адвокат Алексей Михальчик.

— На практике ограниченный перечень таких доказательств принимается судами, те данные, которые защита пытается приобщить, зачастую отвергаются судьями.

При этом по административным делам суды без особых проблем принимают записи с видеорегистратора.

Я считаю, что нужно обязать суд приобщать к делу записи по ходатайству адвокатов, а уже впоследствии с помощью экспертиз оценивать их и уже в приговоре принимать окончательное решение, — убежден эксперт.

Источник: Известия 

Аудио- и видеозаписи как доказательства в трудовом споре

Как узаконить видеозапись, чтобы в дальнейшем можно было ее использовать в качестве доказательства в суде? Что нужно предпринять? Какие документы подписать с работником и как запросить его согласие? Возможно ли использование в суде стихийной видеосъемки на камеру мобильного телефона или аудио­записи переговоров с работником во время сложного увольнения? Можно ли отказаться от согласия на аудиозапись, чтобы потом суд не принял ее в качестве доказательства? Как составить текст ходатайства? Нужно ли делать расшифровку и пр.?

Не сложно представить ситуацию, когда сотрудник и работодатель оказались по разные стороны баррикад и дело дошло до суда. Каждый будет пытаться любыми способами доказать свою правоту и убедить судью, что именно он прав в спорной ситуации.

И нередко стороны в доказательство неправомерного поведения второй стороны приносят в суд аудио- и видеозаписи.

Работодатели устанавливают камеры видеонаблюдения в офисных и рабочих помещениях, а работники, когда дело «пахнет жареным» (конфликтом), не выпускают из рук телефоны, тщательно фиксируя на диктофон все разговоры.

Но судебные органы обязаны руководствоваться не только словами и объяснениями сторон или свидетелей, но и иными доказательствами, которые помогут установить фактические обстоятельства дела. Поэтому необходимо разобраться, будут ли к числу таких доказательств относиться аудио- и видеозаписи. Выясним, какие требования имеются к таким записям, чтобы их можно было предъявить в суд.

Согласно абз. 1 ч. 1 ст.

 55 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), доказательства – это полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ).

Таким образом, закон позволяет сторонам конфликта доказывать свою позицию, в том числе с помощью аудио- и видеозаписей.

Если сотрудник или работодатель планируют предъявить в суд такую запись, следует заранее уточнить, есть ли в суде возможность прослушивания или просмотра записи.

На практике может не оказаться необходимого ноутбука или телевизора. В этом случае стороне желательно самостоятельно позаботиться о предоставлении средства связи.

Лицо, которое направляет в суд аудио- и (или) видеозапись на электронном или ином носителе, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись (ст. 77 ГПК РФ).

Суд исключил из состава доказательств представленную аудиозапись переговоров истицы с ответчиком, поскольку не было указано, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись.

Доказательств законности получения данной аудиозаписи также не имеется. Таким образом, аудиозапись разговора сторон не отвечала требованиям положений ст.

 77 ГПК РФ (апелляционное определение Московского городского суда от 22.08.2016 по делу № 33-29583/2016).

В другом деле истица пыталась доказать принуждение к увольнению по собственному желанию и просила суд приобщить стенограмму аудиозаписи служебного разговора между ней и руководителем. Суд отказал в ее просьбе и указал, что запись велась с нарушением ст. 23, 24 Конституции РФ, а также ст. 77 ГПК РФ.

Видно, что запись не содержит информации, из которой можно было бы установить время, место и условия, при которых она осуществлялась, сведения о выполнявшем ее лице.

Кроме того, суд отметил, что для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства, суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, оценивает допустимость и относимость представленных доказательств (апелляционное определение Московского городского суда от 30.07.2015 по делу № 33-26927/15).

Как видите, суд довольно строг в отношении такого рода доказательств. Если во время записи не были соблюдены требования закона к порядку оформления записи, то она может быть исключена из числа доказательств по делу. В этом случае сотрудник или работодатель уже не смогут ссылаться на разговор на пленке.

Следует обратить внимание на нормы Конституции РФ, на которые в одном из указанных дел ссылался суд. Согласно ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. А в ч. 1 ст. 24 Конституции РФ отмечено, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Указанные требования закона защищают граждан от незаконного вторжения в их частную жизнь, обнародования личной переписки и незаконной слежки.

Давайте разберемся, можно ли установить в офисе организации скрытые камеры видеонаблюдения.

Если не уведомить сотрудников о том, что за ними ведется видеонаблюдение, это можно считать негласным получением информации. Согласно ч. 6 ст. 6 Федерального закона от 12.08.

1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон об ОРД), запрещено использование технических средств, предназначенных для негласного получения информации, не уполномоченными на то физическими и юридическими лицами. Такое право предоставляется только оперативным подразделениям госорганов, наделенных полномочиями законом (ст. 1 Закона об ОРД).

Компании не относятся к числу лиц, которым разрешается вести скрытое видеонаблюдение. Поэтому слежка за сотрудниками будет вне закона. Записи, полученные подобным образом, нельзя будет использовать в суде в качестве доказательств.

Видеонаблюдение в офисе

  • Как узаконить видеозапись, чтобы в дальнейшем можно было ее использовать в качестве доказательства в суде? Работодателю следует предпринять следующие действия (Схема 1):
  • 1) издать приказ о введении системы видеонаблюдения в компании с указанием даты начала эксплуатации видеокамер. Приказ можно оформить в произвольной форме (Пример 1);
  • 2) получить от работников в письменном виде согласие на ведение видеосъемки (Пример 2);

3) разработать и утвердить отдельный локальный нормативный акт (например, Положение о системе видеонаблюдения в организации), в котором определить, где ведется видеозапись, время съемки (например, с 09.00 до 18.

00), цель установления камер, сроки хранения видеозаписей, в каком порядке они подлежат уничтожению;

4) внести…

Конституционный суд России: отказ от исследования в суде видео и аудиозаписей допускается, если вина подсудимого подтверждена доказательствами обвинения

Вопрос, обязаны ли суды прослушивать аудио и просматривать видеозаписи в ходе уголовных процессов, был поставлен мною несколько лет тому назад перед Верховным и Конституционным судами, то есть задолго до нашумевшего решения судьи Криворучко, отказавшего защите Павла Устинова в просмотре видеозаписей.

Статья 284 УПК РФ устанавливая, что вещественные доказательства должны быть осмотрены в суде, не содержит требования об их исследовании с применением технических средств с целью извлечения информации, недоступной при простом визуальном осмотре.

Именно этим и воспользовалась во время судебного процесса в 2013 году в отношении меня (в то время начальника отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры) судья Мещанского суда Гудошникова Е., которая разрешила по ходатайству защиты осмотреть (визуально) CD диски с аудио и видеозаписями, приобщенные следствием в качестве вещественных доказательств, но отказала в их прослушивании и просмотре.

Мосгорсуд и Верховный суд в свою очередь на последующие апелляционные и кассационные жалобы разъяснили, что требования ст. 284 УПК РФ об осмотре вещественных доказательств судьей были соблюдены.

Конституционный суд, куда я обратился, пошел еще дальше, фактически сделав вывод, что отказ от исследования в суде видео и аудиозаписей допускается, если вина подсудимого подтверждена доказательствами обвинения.

Ходатайство защиты о прослушивании аудиозаписей дважды было заявлено в суде первой и апелляционной инстанциях не просто формально, а со ссылкой на то, что следователь ГСУ СК по Москве Лопаткин во время составления протоколов осмотра (стенограмм) не только дополнил «в интересах следствия» сказанное и несказанное на этих аудиозаписях, но и скрыл зафиксированный факт телефонного звонка и разговора, «обнародование» которого в суде подтверждало доводы защиты о подстрекательских действиях заявителя – адвоката Ивана Кидяева и сотрудников ГУЭБиПК МВД РФ (арестованных через полгода за проведение аналогичных ОРМ, но уже в отношении сотрудника ФСБ).

Стоит ли говорить, что в обвинительном приговоре 13 декабря 2013 года судья Гудошникова Е.А., обосновывая вину, сослалась на аудио и видеозаписи разговоров и протоколы (стенограммы) осмотра CD дисков, составленные следователем Лопаткиным.

Пройдя все судебные инстанции и не добившись соблюдения/восстановления права на прослушивание в суде аудиозаписей, следующим моим шагом было обращение в Конституционный суд РФ.

Так как все судебные инстанции, включая Верховный суд, заявили о соблюдении требований ст. 284 УПК РФ при простом визуальном осмотре CD дисков, напрашивался только один вывод, что эта статья УПК РФ не в полной мере соответствует Конституции РФ и обеспечивает защиту прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом.

Читайте также:  Как в судебном заседании по взысканию алиментов подтвердить расходы?

Нередко Конституционный суд при рассмотрении обращений на нарушение прав и свобод законом, примененным в конкретном деле, при его соответствии Конституции, отказывая в рассмотрении жалоб делают вывод, что этот закон просто неправильно был применен в конкретном деле.

Не скрою, особых иллюзий на то, что положения ст. 284 УПК РФ будут признаны противоречащими Конституции я не питал.

Надежда была на очевидный и логичный вывод в определении об отказе в рассмотрении жалобы, что суд первой инстанции неправильно применил положения этой статьи в моем деле.

В последующем это давало бы мне возможность апеллировать к определению Конституционного суда при обжаловании приговора в Верховном суде.

Мотивировка обращения в Конституционный суд была проста.

Осмотр вещественных доказательств является простым способом их исследования, при котором суд, а также иные лица с помощью своих органов чувств непосредственно убеждаются в существовании, характере и внешних индивидуальных признаках (размеры, форма, цвет и др.) определенных предметов материального мира, связанных с обстоятельствами уголовного дела.

Для визуализации индивидуальных свойств, признаков и видимых, маловидимых и невидимых следов преступления, извлечения невидимой информации необходимо применение технических средств при осмотре вещественных доказательств.

В конкретном моем деле нормы уголовно-процессуального законодательства и сложившаяся ситуация не позволила осмотреть в суде вещественные доказательства — CD диски с применением компьютерной техники путем прослушивания аудиозаписей и извлечения информации из свойств аудиофайлов о дате их создания, и как следствие, — обратить внимание суда на обстоятельства, имеющие значение для дела.

Конституционный суд своим определением от 24 ноября 2016 года ожидаемо отказал в принятии моей жалобы к рассмотрению, не увидев никакой неопределенности при применении ст. 284 УПК РФ, указав, что она применяется во взаимосвязи с иными нормами уголовно-процессуального кодекса.

Далее, судьи Конституционного суда, разгадав мой нехитрый план и не желая подставлять коллег по цеху, а так же давать мне определенные козыри, указали в своем определении, что «настаивая на прослушивании аудиозаписей в судебном заседании, Д.В.

Евдокимов утверждал об имевшей место со стороны сотрудников правоохранительных органов провокации на совершение преступления.

Между тем данный довод был исследован судами и получил оценку исходя из совокупности собранных по уголовному делу доказательств».

Тем самым, Конституционный суд не только уклонился от вывода, что в моем деле неправильно была применена ст. 284 УПК РФ при отказе судом в прослушивании аудиозаписей, но и фактически сделал вывод, что суду не обязательно было прослушивать аудиозаписи, так как мой довод о провокации был опровергнут совокупностью других доказательств обвинения…

Фотосъемка, аудио- и видеозапись: разрешения и запреты, доказательства для суда – ilex

Происходящее событие можно сфотографировать, снять на видео или записать на диктофон. Такая информация может быть важна для разрешения спора и доказательства правоты в суде. Но всегда ли съемка и запись разговоров законна?

  • Можно ли фотографировать и снимать видео в общественных местах
  • Съемка разрешается в общедоступных местах :
  • — на улицах, площадях, в парках, скверах, дворах;
  • — в магазинах, универмагах, салонах, на рынках;
  • — в кафе, ресторанах, клубах, барах;

— на концертах, выставках, в театрах. Главное не использовать отснятый материал в коммерческих целях. Например, не создавать такие же картины и не выставлять их на всеобщее обозрение ;

— на спортивных соревнованиях;

— в метро, аэропортах, на вокзалах. При этом нужно соблюдать правила безопасности:

  • не делать снимки на путях и эскалаторе во время движения;
  • не использовать вспышку и не направлять фотоаппарат на машиниста;
  • не использовать штативы, большие объективы и камеры;
  • не мешать другим пассажирам и не нарушать их личное пространство. В этом случае администрация может попросить прекратить съемку;

— в банках, больницах и других учреждениях здравоохранения;

— в храмах и т.д.

На заметку
Знак зачеркнутого фотоаппарата не всегда препятствует съемке.

Если работники того или иного общественного места не разрешают посетителю сделать фото или снять видео, стоит уточнить, каким документом они руководствуются. Если ответить не могут, стоит попросить книгу замечаний и предложений. Отказ ее выдать – административное правонарушение . Значит, можно вызвать милицию.

Нужно ли согласие людей на съемку и использование материалов

Согласие человека на съемку и опубликование материалов необходимо, когда фотограф вмешивается в его частную жизнь. Например, ведет съемку у человека дома, в больничной палате, храме .

Согласие не требуется, если съемка происходит в парке, магазине, кафе, театре, на митинге и т.д. Распространять такие фотографии и видео можно, даже если кто-то себя на них узнает. Однако нельзя искажать факты. Например, сфотографировать болельщика на стадионе, а потом использовать его фото в контексте незаконного митинга.

Можно ли фотографировать и снимать на видео госслужащих

Информацию о деятельности госорганов нельзя ограничивать . Один из принципов их работы – открытость. Исключение составляют госсекреты .

Граждане вправе фотографировать или записывать на видео госслужащих при исполнении ими служебных обязанностей. А вот для съемки в свободное от службы время понадобится согласие, иначе это будет вмешательством в частную жизнь .

Обратите внимание!
За незаконное собирание или распространение информации о частной жизни предусматривается уголовная ответственность .

Когда можно вести съемку или запись разговора с представителем власти

Не запрещается делать фото, вести аудио- или видеозапись беседы с сотрудником ГАИ при остановке водителя или пешехода за совершение какого-либо правонарушения или для проверки документов до начала административного процесса .

Его началом считается заявление сотрудника ГАИ о необходимости пройти в служебный автомобиль для составления протокола . В этот момент нужно устно или письменно выразить желание на съемку или на аудиозапись разговора. Если сотрудник ГАИ не против, проблем не будет . В ином случае возможна административная ответственность в виде штрафа в размере от 2 до 50 БВ или административного ареста .

Где запрещается фото- или видеосъемка и звукозапись

Не допускается снимать и фотографировать, осуществлять аудиозапись:

1. без разрешения в самолете . Нарушение повлечет штраф в размере от 1 до 3 БВ ;

  1. 2. на границе:
  2. — в пунктах пропуска ;
  3. — без разрешения в пределах пограничной зоны ;

3. в игорных заведениях. Съемка других посетителей возможна только с их согласия и разрешения должностного лица организатора азартных игр ;

4. на режимных объектах;

5. в библиотеках ;

6. в суде без его разрешения и без учета мнения заинтересованных лиц . Нарушение этого правила влечет административную ответственность – предупреждение, штраф в размере до 20 БВ или административный арест ;

7. во время административного процесса без разрешения должностного лица .

 Какие доказательства примет суд

Фотографии и записи могут находиться на дисках, флеш-картах, картах памяти мобильных телефонов, аудио- и видеопленках и т.д. Их можно воспроизводить и просматривать на экране в зале суда. Главное, чтобы фото и записи фиксировали обстоятельства, имеющие значение для дела. Например, доказательством может быть:

  • 1) видеозапись свадьбы, когда одаривают молодоженов. Это поможет в споре о разделе совместно нажитого имущества или об освобождении имущества от ареста;
  • 2) звуко- или видеозапись разговора работника и нанимателя в споре о защите чести и достоинства;
  • 3) звуко- или видеозапись переговоров;
  • 4) фрагмент теле- или радиопередачи для опровержения сведений, распространенных СМИ;
  • 5) фотографии:
  • — номера в гостинице для подтверждения ненадлежащего оказания услуг турфирмой;

— некачественного товара. Они докажут, что товар прибыл именно в таком состоянии, а не повредился при перемещении на склад и т.д.;

— интернет-страницы (обычная фотография или скриншот) для защиты чести и достоинства при распространении сведений в интернете. При этом до суда нужно обратиться к нотариусу, чтобы удостоверить факт нахождения в интернете интересующей информации по определенному адресу и в конкретное время ;

— отца с ребенком. Они помогут в споре об установлении факта отцовства, и т.д.;

6) фотографии или видеозаписи, сделанные в общедоступном месте (улица, метро, ресторан и т.д.) и зафиксировавшие правонарушение (причинение повреждений лицу или имуществу, мелкое хулиганство и т.д.) или преступление (разбойное нападение, убийство; передача взятки, наркотиков или оружия и т.д.);

7) запись видеорегистратора из автомобиля для подтверждения ДТП, нарушения ПДД, уничтожения имущества и т.д.

Читайте также:  Как получить налоговые вычеты внезапно умершего супруга, если он их уже заработал?

Как представить запись в гражданском процессе

Суд примет запись и учтет при вынесении решения, если она соответствует определенным условиям .

1. Запись должна быть получена законно и вестись открыто . В суде важно подтвердить, что иные лица знали о записи. Это может быть понятно из ее содержания. Но если, к примеру, телефонный разговор записывался с самого начала, а собеседника предупредили об этом позже, суд не будет оценивать сказанное до предупреждения и не примет во внимание эту часть записи .

Иных требований к записи нет. Ее вид и носители информации (флеш-карта, диск и т.д.) для суда значения не имеют.

Обратите внимание!
Доказательством по делу является скрытая запись, полученная правоохранительными органами .

В России практика идет по-другому пути. Российские суды признают скрытую аудиозапись допустимым доказательством. Она должна быть сделана лицом, участвующим в разговоре, и касаться договорных отношений сторон, а не их личной жизни (определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 06.12.2016 № 35-КГ16-18).

2. Запись должна быть допустимой. Для некоторых видов споров в подтверждение обстоятельств используются только письменные доказательства .

3. Запись должна быть связана с рассматриваемым делом. Иначе говоря, содержать информацию, которая подтвердит или опровергнет обстоятельства по делу.

Обратите внимание!
Целесообразно заранее переписать на бумагу содержание разговора из записи и передать суду. На основании этого суд определит относимость записи к делу.

4. Запись должна быть достоверной. Ее содержание должно соответствовать действительности, т.е. происходящему разговору, переговорам и т.д .. Если в ее достоверности возникнут сомнения, суд назначит экспертизу . Для установления подлинности записи эксперт проверит, изменялась ли умышленно записанная информация и была ли она подлинной.

Обратите внимание!

Кс рф: результаты орм не являются доказательствами

Конституционный Суд вынес Определение № 2801-О/2017 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на ст. 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности» УПК РФ.

По мнению заявителя, данное законоположение противоречит Конституции РФ, так как позволяет признавать в качестве доказательств по уголовному делу результаты негласной аудио- и видеозаписи, полученные без судебного решения и без рассекречивания сведений о характеристиках технических средств, использованных при проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Отказывая заявителю, КС РФ вновь указал, что применение технических средств фиксации наблюдаемых событий не предопределяет необходимости вынесения о том специального судебного решения, которое признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина. А осуществление негласных ОРМ с соблюдением требований конспирации и засекречивания сведений в области оперативно-розыскной деятельности, в том числе сведений об использованных средствах, само по себе также не нарушает прав граждан.

  • Конституционный Суд напомнил, что, согласно УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются «любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном этим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».
  • При этом Суд подчеркнул, что результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Закона об оперативно-розыскной деятельности, могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем.
  • Комментируя определение, адвокат АБ «ЗКС» Кирилл Махов отметил, что Конституционным Судом РФ верно отмечено, что само по себе применение технических средств фиксации наблюдения событий не предполагает необходимости вынесения о том специального судебного решения при проведении ОРМ – это необходимо только в случае проведения ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан, которое может, в том числе, осуществляться с применением технических средств.

Эксперт добавил, что сведения (аудио- и видеозаписи), полученные в ходе ОРМ с использованием технических средств записи, становятся доказательствами по уголовному делу после проведения осмотра цифрового накопителя, на котором находятся данные записи и вынесения соответствующего постановления о признании вещественным доказательством. Но на практике часто возникают вопросы именно по порядку предоставления данных ОРМ в следственный орган.

«Приказами МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г.

“Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд” определен порядок представления оперативными подразделениями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд при наличии в них достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

И уже в случае выявления нарушений данной инструкции возможно на предварительном следствии и в суде заявлять о признании недопустимыми доказательств, полученных в ходе ОРМ», – указал адвокат.

Кирилл Махов добавил, что очень часто у правоприменителей возникают вопросы в законности проведенных ОРМ и, как следствие, признании этих результатов доказательствами. Определение КС РФ в очередной раз подтверждает, что к изучению материалов уголовного дела и в особенности материалов проведенных ОРМ необходимо подходить с особенной тщательностью.

Доцент кафедры уголовно-процессуального права Университета им. О.Е. Кутафина Артем Осипов пояснил, что данное определение отражает устоявшиеся правовые позиции Конституционного Суда РФ в отношении конституционно-правового смысла положений ст. 89 УПК РФ.

При этом эксперт высказал сожаление, что данные правовые позиции на протяжении многих лет так и не привели к преодолению одного из главных парадоксов современного доказательственного права, связанного с неопределенностью условий и форм трансформации результатов ОРД в доказательства по уголовным делам.

По его словам, ситуация усугублена несоответствием многих положений российского Закона об оперативно-розыскной деятельности международным стандартам правовой определенности, на что неоднократно обращал свое внимание ЕСПЧ в ряде постановлений («Ахлюстин против России» от 7 ноября 2017 г., «Веселов и другие против России» от 2 октября 2012 г.

, «Быков против России» от 10 марта 2009 г. и иные).

«Свидетельством такого несоответствия является и отсутствие независимой процедуры санкционирования ряда ОРМ, сопряженных с риском провокационного воздействия властей, и отсутствие положений о судебном санкционировании использования технических средств фиксации поведения и бесед фигурантов оперативных мероприятий за пределами их жилища. Отсутствие механизмов судебного контроля, сфера которого включала бы в себя оценку необходимости и пропорциональности проводимых ОРМ предусмотренным законом целям, не позволяет рассматривать плоды такой деятельности как в качестве источника надлежащих доказательств, так и доказательств в собственном смысле слова. Тем не менее на практике суды общей юрисдикции при рассмотрении уголовных дел в абсолютном большинстве случаев ссылаются в обвинительных приговорах на результаты ОРД именно как на доказательства, перечисляя через запятую показания свидетелей, рапорты и служебные записки», – пояснил Артем Осипов.

Эксперт заключил, что отсутствие принципиальной новизны в определении Конституционного Суда РФ указывает на то, что оно не приведет к заметному изменению правоприменительной практики.

Адвокат АП Краснодарского края Алексей Иванов в свою очередь отметил, что охотное использование результатов ОРД в качестве доказательств, не только правоохранительными органами, но и судами, не является секретом.

«Несмотря на то что ранее КС РФ неоднократно высказывался о том, что “результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов”, для правоприменителя это не имеет решающего значения.

А адвокатские возражения и ссылки на правовые позиции КС РФ нередко не принимаются во внимание, что только подстегивает правоохранительные органы к использованию в виде доказательств подобные “суррогаты”», – заметил эксперт.

Алексей Иванов считает, что заявитель жалобы поставил актуальный и давно требующий ответа вопрос: насколько практика признания в качестве доказательств по уголовному делу результатов негласной аудио- и видеозаписи, полученных без судебного решения, соответствует Конституции?

«Жаль, что в очередной раз при рассмотрении принципиальнейшего вопроса КС РФ не нашел оснований для рассмотрения жалобы по существу.

Увы, но подобное давно стало печальным трендом в деятельности Конституционного Суда.

А нежелание рассматривать жалобы по важнейшим вопросам сказывается на правоприменительной практике и негативно отражается на правах и свободах российских граждан», – заключил Алексей Иванов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector