Консультации

Помогите найти Разъяснение Пленума Верховного суда от 24.04.2022 г.

Помогите найти Разъяснение Пленума Верховного суда от 24.04.2022 г. foter.com

Верховный суд РФ отменил решения апелляционной и кассационной инстанций, разделивших пополам купленную в браке на имя супруги квартиру. Истец, бывший муж, требовал отдать ему жилье в собственность, утверждая, что купил недвижимость на личные средства от продажи наследства. Оплата приобретенной в период брака спорной квартиры полностью личными денежными средствами супруга влечет исключение квартиры из состава совместно нажитого имущества супругов, указал ВС.

С жалобой в ВС обратился Рафаил Гусейнов. В 2006 году он женился, а девять лет спустя супруги купили квартиру стоимостью 2,4 млн рублей. Но в феврале 2019 года пара развелась. Гусейновы начали процесс раздела совместно нажитого имущества.

По словам мужчины, в 2015 году его жена работала учителем, никаких накоплений у нее не было и квартиру удалось купить благодаря продаже наследства в виде недвижимости, принятого им после смерти бабушки. При этом право собственности на спорную квартиру было зарегистрировано на имя супруги.

В апреле 2019 года Волгодонский районный суд признал за мужчиной право личной собственности на квартиру. Но уже через три месяца апелляционная инстанция отменила это решение, произведя раздел пополам.

По мнению суда, мужчина распорядился своими денежными средствами, но внес их в общий бюджет семьи.

Поскольку квартира была приобретена на имя супруги, оснований считать ее личной собственностью у Рафаила не имелось, указала судебная коллегия.

Так бывшие супруги стали обладателями по 1/2 доли жилплощади. Четвертый кассационный суд оставил это решение в силе. После этого Гусейнов подал жалобу в ВС.

Верховный суд, рассмотрев дело, нашел нарушения в решениях нижестоящих инстанций.

ВС напомнил о норме Семейного кодекса, в соответствии с которой имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является его собственностью. Соответствующие нормы также содержались в постановлении пленума от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака». 

«Юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака», — подчеркнул ВС.

В определении отмечается, что общим не является имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения, приватизации). Приобретение имущества в период брака, но на личные средства супруга также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности. 

Полученные Гусейновым от продажи им личного имущества денежные средства, потраченные на покупку квартиры, являлись личной собственностью истца, поскольку совместно в период брака с ответчиком не наживались и не являлись общим доходом супругов.

При этом внесение этих средств в период брака в приобретение квартиры, оформленной на имя ответчика, не меняет их природы личного имущества Гусейнова, что не учел суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, указал ВС.

Оплата приобретенной в период брака спорной квартиры полностью личными денежными средствами истца влечет исключение квартиры из состава совместно нажитого имущества супругов как личного имущества истца, следует из определения ВС.

Решение апелляционной и кассационной инстанций по делу Гусейнова отменено. Теперь он является единственным владельцем квартиры. 

Определение № 41-КГ20-10-К4.

Судебная практика

В рубрике размещаются тексты наиболее важных постановлений Пленумов и Президиумов Верховного Суда (ВС) Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда (ВАС) Российской Федерации, касающиеся вопросов правовой охраны объектов промышленной собственности. Помогите найти Разъяснение Пленума Верховного суда от 24.04.2022 г.  

Постановления Пленумов и Информационные письма Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10     О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации          1 Мб
Пункты 21 и 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 октября 2016 года)     Применение законодательства об интеллектуальных правах     235 Kб
Обзор судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23 сентября 2015 года)         909 Kб
Пункт 33 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 июля 2014 года № 50     О примирении сторон в арбитражном процессе     194 Kб
Пункты 83-94 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. № 9     О судебной практике по делам о наследовании     203 Kб
Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 26 марта 2009 г. № 5/29     О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации     314 Kб
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2007 г. № 122     Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности 193 Kб

Практика Суда по интеллектуальным правам

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 13 декабря 2021 года по делу № СИП-482/2021     Об удовлетворении кассационной жалобы отрытого акционерного общества «Завод Продмаш» на решение СИП от 08.09.2021 по делу № СИП-482/2021          256 Кб
Решение Суда по интеллектуальным правам от 8 сентября 2021 года по делу № СИП-482/2021

Некоторые комментарии к постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 10 в части разъяснений, касающихся доменных споров

20 Июня 2019

Помогите найти Разъяснение Пленума Верховного суда от 24.04.2022 г.

М.А. Рожкова,Доктор юридических наук,член Экспертного совета Комитета Государственной Думыпо информационной политике, информационным технологиям и связипрезидент IP CLUB,профессор-исследователь Балтийского Федерального Университета

им. Иммануила Канта

«Журнал Суда по интеллектуальным правам», № 24, июнь 2019 г., с. 16-20

Принятое недавно постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), повлекшее признание не подлежащим применению, в частности, постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 г.

№ 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», — содержит 6 пунктов, касающихся проблематики доменных споров – это п. 33, 78, 158, 159, 160, 161.

В настоящей работе дан анализ их содержания, чтобы определить, какие новации закреплены этими пунктами и какие последствия они могут иметь на практике.

1. Пункт 33 Постановления № 10 дает однозначный – отрицательный – ответ на вопрос о том, можно ли рассматривать доменные имена в качестве объектов интеллектуальной собственности.

В обоснование такого заключения указывается на то обстоятельство, что п. 1 ст.

1225 ГК РФ содержит исчерпывающий перечень результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, не включающий в свой состав доменные имена.

В российском законодательстве, как известно, закреплен закрытый перечень объектов интеллектуальной собственности – объектами интеллектуальной собственности признаются только те, которым законодательством прямо предоставлена правовая охрана.

Соответственно результаты творческого труда и приравненные к ним объекты, для которых подобная охрана законом прямо не предусмотрена, не признаются объектами интеллектуальной собственности. При этом в х к ст.

1225 ГК РФ, в которой поименованы объекты интеллектуальной собственности, поясняется: «Причина, по которой в ГК установлен исчерпывающий перечень результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, подлежащих правовой охране, вытекает из содержания признаваемых законом субъективных прав на эти объекты, прежде всего из сути исключительного права как “права-монополии”… Вместе с тем круг таких охраняемых правом результатов и средств со временем в законе расширяется. Происходит это главным образом вследствие научного и технического прогресса, предоставления правовой охраны новым объектам такого рода в других странах и на основании международных договоров»1.

Вследствие сказанного не соответствуют положениям Постановления № 10 позиции тех судов, которые рассматривают доменное имя, например, в качестве не поименованного в законе средства индивидуализации, трактуя его как квазитоварный знак или квазикоммерческое обозначение.

При этом в последнем предложении абзаца второго п.

33 Постановления № 10 применительно к доменам (наряду с наименованиями некоммерческих организаций н названиями СМИ) указывается: «Права на них подлежат защите на основании общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о способах защиты гражданских прав».

То есть, «отказав» доменным именам в признании их объектом интеллектуальной собственности, Пленум Верховного Суда РФ прямо признает, что в отношении доменных имен у лиц возникают субъективные гражданские права, которые подлежат защите в соответствии со ст. 12 ГК РФ.

Закрепленные в рассматриваемом пункте Постановления № 10 позиции в части, касающейся доменных имен, представляются абсолютно верными, что мной неоднократно обосновывалось ранее2.

На мой взгляд, как и первое, второе разъяснение является весьма важным, поскольку на сегодняшний день на практике наблюдается некоторый перекос: в условиях, когда за правами на товарный знак признается бесспорная экономическая значимость, права на доменное имя выступают в роли в лучшем случае «малоценки» – многие из судей усматривают в содержании прав на домен лишь возможность настроить переадресацию на сайт или иные технические возможности, нередко отрицая за этими правами какую бы то ни было имущественную ценность.

Между тем права на доменное имя, которые Европейский Суд по правам человека прямо отнес к числу экономических активов3, представляют собой полноценные права на имущество. Их содержание определяется рядом составляющих их правомочий.

Во-первых, правомочия обладания правом на доменное имя (означающее возможность для правообладателя иметь права в распоряжении и требовать должного поведения от обязанных лиц).

Во-вторых, правомочия использования доменного имени (подразумевающее, что правообладатель может осуществлять действия по практическому применению домена: размещение на домене сайта, создание поддоменов и размещение сайтов на поддоменах, создание почтовых ящиков, связанных с доменом и/или его поддоменами, размещение рекламы на доменах, не используемых под сайты; «парковка» доменов и т.д.).

В-третьих, правомочия распоряжения правами на доменное имя (которое может быть реализовано путем: отказа от прав на доменное имя, что влечет исключение из соответствующего реестра доменных имен сведений об обладателе прав на конкретное доменное имя и прекращение у него прав на этот домен; отчуждения прав (уступки прав) на доменное имя, предполагающее заключение обладателем прав на доменное имя с другим лицом соглашения, которое становится основанием для внесения в реестр доменных имен изменений и влечет за собой переход прав на доменное имя от первого лица ко второму; предоставления иному лицу права использовать доменное имя на условиях, предусмотренных соответствующим договором, что не предполагает переход (передачу) прав на доменное имя от одного лица к другому).

Вследствие сказанного возможно, прямое отнесение в Постановлении № 10 прав на доменное имя к числу субъективных гражданских прав позволит изменить складывающуюся на практике парадоксальную ситуацию, в рамках которой одни объекты гражданских прав – товарные знаки – априори рассматриваются как имеющие (ничем не обусловленный) приоритет перед другими объектами гражданских прав – доменными именами.

2. Абзац третий пункта 78 Постановления № 10 закрепляет презумпцию, согласно которой «владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт». Эта презумпция является опровержимой: из содержания этого абзаца указанного пункта прямо следует возможность представления доказательств, подтверждающих несовпадение указанных лиц.

Применительно к данному пункту хотелось бы обратить внимание читателей на два момента.

Первый момент – терминологический. На сегодняшний день в отечественном законодательстве существует известное расхождение в наименовании лица, обладающего правами в отношении сайта.

Читайте также:  У меня есть вопрос по строительству коттеджного поселка!

В Федеральном законе «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – Закон об информации) используется выражение «владелец сайта в сети Интернет», под которым понимается «лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети «Интернет», в том числе порядок размещения информации на таком сайте» (п. 17 ст. 2 Закона об информации).

Между тем в российской правовой доктрине под владельцем традиционно понимается лицо, осуществляющее соответствующее правомочие в отношении вещей материальных, тогда как в отношении любых нематериальных объектов речь может идти лишь об обладании правами. Поэтому в ГК РФ лицо, обладающее правами на тот или иной объект интеллектуальной собственности, стабильно именуют правообладателем: правообладатель произведения, правообладатель товарного знака и т.д.

В этих условиях было бы оптимальным в Постановлении № 10, посвященном проблематике интеллектуальной собственности, использовать выражение «обладатель прав на сайт», но никак не «владелец сайта».

Второй момент – практический. Как известно, при выявлении факта нарушения интеллектуальных прав в форме размещения на сайте нелегального контента правообладатель далеко не во всех случаях может установить, кто является «владельцем сайта» – на самих сайтах, где размещается нелегальный контент, эта информация нередко отсутствует.

В такой ситуации, исходя из обозначенной в п. 78 презумпции, правообладатель вправе обратиться с требованием о прекращении нарушения его прав к администратору доменного имени, на котором размещен данный сайт.

Но здесь правообладатель снова сталкивается с трудностями, поскольку сервис whois, ранее позволяющий получить информацию об администраторе домена (читай – обладателе прав на доменное имя), сегодня подобные данные скорее всего не предоставит, что обусловлено ужесточением требований к предоставлению персональных данных4.

3. Пункт 158 Постановления № 10 закрепляет положения, которые в свое время были сформулированы Судом по интеллектуальным правам в одной из своих первых справок – Справке по вопросам, возникающим при рассмотрении доменных споров, утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 28 марта 2014 г. № СП-21/4 (далее – Справка № СП-21/4).

В частности, абзац первый п.

158 Постановления № 10, предусматривающий, что требование о пресечении нарушения в виде неправомерного использования имен доменных, тождественных или сходных до степени смешения с товарным знаком, может быть заявлено в виде требования о запрете использования доменного имени определенным образом (например, об обязании удалить информацию о конкретных видах товаров на соответствующем сайте или прекратить адресацию на данный сайт), по сути воспроизводит последний абзац п. 1 Справки № СП-21/4.

Абзац второй п. 158 Постановления № 10 дословно повторяет абзац первый п. 1.1. Справки № СП-21/4, абзац третий п. 158 Постановления № 10 – абзац второй п. 1.1. Справки № СП-21/4.

Абзацы четвертый и пятый п. 158 Постановления № 10 предусматривают те же положения, что содержатся соответственно в абзацах третьем и четвертом п. 1.1. Справки № СП-21/4.

Но вместо слов «регистрация доменного имени» в Постановлении № 10 используется выражение «приобретение прав на доменное имя», что, думается, обусловлено позицией, сформулированной в п.

33 Постановления № 10, и позволяет охватить более широкий круг случаев, включая приобретение прав на использование доменного имени на основании договора.

4. Пункт 159 Постановления № 10 также закрепляет положения, сформулированные в свое время Судом по интеллектуальным правам в Справке № СП-21/4. В частности, абзац первый п. 159 Постановления № 10 повторяет положения абзаца первого п. 1.2. Справки № СП-21/4, абзац второй п. 159 Постановления № 10 – абзаца второго п. 1.2. Справки № СП-21/4.

Вместе с тем заслуживает специального внимания абзац третий п. 159 Постановления № 10, устанавливающий следующее: «По ходатайству истца данные об администраторе доменного имени истребуются у регистратора доменного имени в порядке, предусмотренном статьей 57 ГПК РФ, статьей 66 АПК РФ».

Исходя из того, что ст. 57 ГПК РФ и 66 АПК РФ определяют положения, касающиеся судебных запросов, можно сделать вывод о том, что в комментируемом пункте Постановления № 10 закреплено правило, согласно которому сведения об администраторе домена могут быть предоставлены только по судебному, но не адвокатскому запросу.

Следует заметить, что допустимость представления данных об администраторе домена по адвокатскому запросу вызывала на практике много споров. Координационный центр национального домена сети Интернет в свое время направлял в Роскомндазор запрос о порядке предоставления регистратором этих данных по адвокатскому запросу5. Теперь данный вопрос однозначно разрешен в п. 159 Постановления № 10.

5. Пункт 160 Постановления № 10 нацелен на разъяснение вопросов, связанных с применением обеспечительных мер по доменным спорам.

Надо отметить, что эти вопросы в свое время разрабатывались при подготовке Справки о некоторых вопросах, связанных с процессуальным порядком применения обеспечительных мер по доменному спору, утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 15 октября 2013 г.

№ СП-23/3 (далее – Справка № СП-23/3). Впоследствии они нашли отражение и в п.

49 – единственном пункте, посвященном проблематике доменных споров в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23 сентября 2015 г. (далее – Обзор).

Вместе с тем нельзя не заметить, что в абзаце первом п. 160 Постановления № 10 несколько по-иному (по сравнению с абзацем вторым п. 2 Справки № СП-23/3 и абзацем четвертым п.

49 Обзора) описаны обеспечительные меры, которые могут быть применены в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю в доменном споре. В частности, в абзаце первом п.

160 Постановления № 10 указывается, что в качестве обеспечительных мер, направленных на сохранение существующего состояния отношений между сторонами, могут быть введены запреты:

– администратору совершать действия, направленные на отказ или передачу прав администрирования доменного имени, а также на смену регистратора;

– регистратору аннулировать доменное имя и передавать права администрирования доменного имени другому лицу.

В то же время абзац второй п. 160 Постановлении № 10, по сути, воспроизводит те положения, которые были сформулированы в абзацах третьем – пятом п. 3 Справка № СП-23/3. Иными словами, в Постановлении № 10 нашла подтверждение позиция, уже сформировавшаяся на практике.

6. Пункт 161 Постановления № 10 также закрепляет положения, сформулированные в свое время Судом по интеллектуальным правам в Справке № СП-21/4: абзацы первый и второй п. 161 Постановления № 10 воспроизводят положения соответственно абзацев первого и второго п. 1.3. Справки № СП-21/4.

Таким образом, можно говорить о том, что в Постановлении № 10 был подтвержден ряд позиций, выработанных судебной практикой. Вместе с тем Пленум Верховного Суда РФ сформулировал также ряд новых положений, на которые было обращено внимание в рамках настоящего .

1 Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (поглавный) / Под ред. А.Л. Маковского. М.: Статут, 2008. С. 275 (автор – А.Л. Маковский).

2 См., например, Рожкова М.А. Права на доменное имя // Право в сфере Интернета: Сборник статей / Рук. авт. кол. и отв. ред. д.ю.н. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2018. С. 195-223 // URL: https://cctld.ru/files/books/rozhkova_asp.pdf; Рожкова М.А. Об имущественных правах на нематериальные объекты в системе абсолютных прав (часть четвертая – об относительных правах на игровое имущество и абсолютных правах на доменные имена) [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2019. 26 марта. URL: https://zakon.ru/blog/2019/03/26/ob_imuschestvennyh_pravah_na_nematerialnye_obekty_v_sisteme_absolyutnyh_prav_chast_chetvertaya

3 Постановление ЕСПЧ от 18 сентября 2007 г. по делу «Паеффген против Германии» (Paeffgen GMBH v. Germany; applicationno.25379/04, 21688/05, 21722/05, 21770/5).

4 См.: Рожкова М.А. Сервис WHOIS должен измениться в соответствии с Общим регламентом по защите данных Европейского Союза (доклад на семинаре ЕС по нарушениям авторских прав и прав на товарные знаки «Чемпионат мира по футболу FIFA 2018 в России™ — Борьба с контрафакцией и пиратством») [Электронный ресурс] // Журнал Суда по интеллектуальным правам. 2018. № 20 (август). С. 4-10. URL:

5 Воробьев А. Регистратор не обязан предоставлять данные по адвокатскому запросу // URL: https://cctld.ru/ru/press_center/news/news_detail.php?ID=12267.

Список литературы

1. Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (поглавный) / Под ред. А.Л. Маковского. М.: Статут, 2008. С. 275 (автор – А.Л. Маковский).

2. Рожкова М.А. Права на доменное имя // Право в сфере Интернета: Сборник статей / Рук. авт. кол. и отв. ред. д.ю.н. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2018. С. 195-223 // URL: https://cctld.ru/files/books/rozhkova_asp.pdf

3. Постановление Европейского Суда по правам человека от 18 сентября 2007 г. по делу «Паеффген против Германии» (Paeffgen GMBH v. Germany; applicationno.25379/04, 21688/05, 21722/05, 21770/5).

4. Рожкова М.А. Сервис WHOIS должен измениться в соответствии с Общим регламентом по защите данных Европейского Союза [Электронный ресурс] // Журнал Суда по интеллектуальным правам. 2018. № 20 (август). С. 4-10. URL: http://ipcmagazine.ru/legal-issues/the-whois-service-should-change-in-accordance-with-the-european-union-s-general-data-protection-regulations

5. Регистратор не обязан предоставлять данные по адвокатскому запросу // URL: https://cctld.ru/ru/press_center/news/news_detail.php?ID=12267

Пленум ВС дал разъяснения нормам УК, которые касаются частных нотариусов и охранников

Пленум Верховного суда РФ со второго раза одобрил постановление, которым разъясняется судебная практика по делам о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях. Речь идет в том числе о злоупотреблении полномочиями частными нотариусами и аудиторами и о превышении полномочий частными охранниками и детективами.

Пленум ВС впервые обобщил судебную практику по статьям главы 23 Уголовного кодекса РФ (201, 201.1, 202 и 203).

Как отмечали разработчики документа, преступления подобного рода получили в последнее время распространение, поэтому разъяснение сложных вопросов их квалификации становится как никогда ранее востребованным.

Вместе с тем суды сталкиваются с проблемами при рассмотрении дел, подпадающих под эти статьи УК, что вызвано сложной структурой состава преступления, конкуренцией уголовно-правовых норм и множественностью и разнородностью общественно опасных последствий.

Структурно 11-страничное постановление состоит из 23 пунктов.

Дается толкование злоупотребления полномочиями (ст. 201 УК РФ) и злоупотребления полномочиями при выполнении гособоронзаказа (ст. 201.1 УК РФ).

В частности, как злоупотребление полномочиями должны квалифицироваться действия управленца, который, например, принимает на работу лиц, фактически трудовые обязанности не исполняющих, освобождает работников организации от исполнения трудовых обязанностей с направлением для ремонта квартиры, обустройства домовладения, принадлежащего самому управленцу либо его родственникам и знакомым, если это повлекло общественно опасные последствия, предусмотренные ст. 201 УК РФ. Разъясняется, что при разрешении вопроса о наличии последствий злоупотребления полномочиями в виде существенного вреда применительно к ст. 201 УК РФ необходимо учитывать, в частности, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда, степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба.

Признавая вред, причиненный правам и законным интересам граждан или организаций в результате злоупотребления полномочиями частными нотариусами или аудиторами (ст.

202 УК РФ), существенным, суд должен исходить из значимости нарушенного права и законного интереса для конкретного потерпевшего, размера причиненного ему имущественного вреда (например, прекращение прав на имущество в результате удостоверения сделки, не соответствующей закону, а равно в отсутствие одной из сторон сделки или необходимых документов, утрата наследником права на наследство в результате выдачи нотариусом свидетельства о праве на наследство заведомо ненадлежащему лицу).

Под существенным нарушением прав граждан и организаций в результате совершения деяний, ответственность за которые предусмотрена ст.

Читайте также:  Сколько стоит взыскать алименты? И насколько реально их взыскать?

 203 УК РФ, понимается нарушение частным детективом или частным охранником прав физических и юридических лиц, гарантированных Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, федеральными законами (например, права на уважение чести и достоинства личности, личной и семейной жизни граждан, права на неприкосновенность жилища и тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений и др.).

Внимание судов обращено на необходимость исполнять требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания лицам, совершившим преступления, предусмотренные главой 23 УК РФ.

А также на то, чтобы при оценке степени общественной опасности содеянного учитывать содержание мотивов и целей, значимость обязанностей, которые были нарушены, продолжительность преступных действий (бездействия), характер и тяжесть причиненного вреда, количество потерпевших, наличие вреда охраняемым законом интересам государства, другие фактические обстоятельства и данные о личности виновного.

Также судам рекомендовано выявлять обстоятельства, способствовавшие совершению преступлений, а также другие нарушения закона, и в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ частными определениями (постановлениями) обращать на них внимание соответствующих организаций и должностных лиц.

Станислав Белов

Общие положения ГК РФ: ВС РФ разъясняет

Недавно было официально опубликовано очень важное постановление Пленума ВС РФ, в котором разъяснено применение судами раздела I «Общие положения» части первой ГК РФ.

В документе закреплены выводы, наработанные судебной практикой (например, о том, что нельзя отказать в иске о возмещении убытков, если не доказан их точный размер).

Кроме того, расширена инициатива судов, просматривается уход от формального равенства и продвижение к справедливости. ­Разберем наиболее важные выводы, сделанные ­Пленумом ВС РФ.

В последний день июня было опубликовано знаковое постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление). Рассмотрим и прокомментируем наиболее важные положения этого ­документа, а также расскажем, как они отразятся на работе компаний.

Постановление посвящено толкованию поправок ГК РФ, принятых в 2013–2014 годах. С тех пор прошло уже достаточно времени, и суды успели выработать определенные позиции по рассмотренным Пленумом ВС РФ вопросам.

Поскольку при разработке изменений ГК РФ учитывались и выводы судов, в том числе ВАС РФ, по многим проблемам практика сложилась уже достаточно определенная.

Вместе с тем некоторые ­положения ГК РФ, внесенные ­поправками, ­выражены недостаточно ­определенно.

Особое внимание уделено принципу добросовестности, полномочиям судов и положениям о возмещении убытков.

Отметим, что разъяснения по последнему блоку изменений, которые вступили в силу 1 июня 2015 г., в Постановление не вошли.

Постановление охватывает нормы части I ГК РФ по самым разно­образным вопросам:

  • основные положения;
  • физические лица;
  • юридические лица;
  • объекты гражданских прав;
  • защита нематериальных благ;
  • общие положения о сделках;
  • недействительность сделок;
  • решения собраний;
  • представительство и доверенность.

Что такое добросовестность?

В п. 1 Постановления Пленум ВС РФ дает разъяснения по вопросам добросовестного поведения участников гражданских правоотношений.

Прежде всего, Пленум ВС РФ указал, что законы, содержащие нормы гражданского права, толкуются в системной взаимосвязи с принципом добросовестности участников гражданского оборота (п. 3 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ). Разъяснения раскрывают добросовестность через должное поведение, т.е.

такое, на которое другая сторона вправе рассчитывать (например, полное и достоверное информирование контрагента об ­обстоятельствах, имеющих значение для складывающихся ­правоотношений).

Вместе с тем понятие добросовестности охватывает не только поведение, но и состояние. Например, наличие у лица информации о юридически значимых фактах. Так, согласно абз. 2 п. 2 ст. 51 ГК РФ лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, вправе исходить из того, что они соответствуют действительности; п. 1 ст.

302 ГК РФ содержит правила истребования имущества у приобретателя, который не знал и не мог знать о том, что приобрел имущество у лица, которое не имело право его отчуждать.

Поэтому толкование термина добросовестности, предложенное Пленумом ВС РФ, дает некоторые шансы вывести из-под него случаи ­недобросовестности, не охваченные одним только поведением.

Недобросовестность может определить суд

Добросовестность участников гражданского оборота играет очень важную роль для принятия объективных решений судами. Ведь на практике случается, что в ходе судебного процесса выявляются факты, ­указывающие на недобросовестность не только ответчика, но и самого истца.

Обычно сторона процесса признается судом недобросовестной по заявлению оппонента. Теперь судам предписано занимать активную позицию, если просматривается «очевидное отклонение» действий стороны от добросовестного поведения.

Суд должен вынести на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком поведении, чтобы стороны могли изложить свои доводы.

В качестве примера можно привести мелкий шрифт некоторых условий договора по сравнению со всем остальным текстом.

Интересно, что Пленум ВС РФ употребил фразу «очевидное отклонение». Возникает вопрос, как быть в случае неявного злоупотребления правом. Видимо, в такой ситуации по своей инициативе суд не должен выносить на обсуждение данный вопрос. Это может сделать истец или ответчик.

Отметим, что при таком подходе может оказаться нарушенным принцип состязательности процесса, когда стороны несут риск последствий совершения или не совершения процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Если одна из сторон действует недобросовестно, а оппонент ничего не заявляет по этому поводу, то именно он должен принимать риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с таким поведением.

И чтобы не нарушать принцип состязательности, Пленум ВС РФ ограничил предел вмешательства суда только явным ­злоупотреблением правом.

Но даже в случае очевидного отклонения от добросовестного поведения преградой дальнейшей активности суда будет заявление сторон о том, что они не видят недобросовестности в поведении друг друга.

Возможна ситуация, когда суд вынесет вопрос о добросовестности на обсуждение, но ни одна сторона не представит доказательств, подтверждающих злоупотребление правом одной или обеими сторонами процесса.

В таком случае признавать факт недобросовестности недопустимо во ­избежание нарушения принципа состязательности.

Последствия недобросовестности

Если недобросовестное поведение стороны будет установлено и доказано, суд имеет право полностью или частично отказать ей в защите принадлежащего ей права или применить иные меры защиты другой стороны от недобросовестного поведения, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Но в Постановлении опущена фраза «предусмотренные законом», т.е. Пленум ВС РФ допускает возможность применения нижестоящими судами мер, не предусмотренных ни одним ­нормативным правовым актом.

Очередная отмена штрафа по «газону» (ст.8.25 КоАП Москвы, штраф 300 т.р.) при условии, что в Гагаринском суде Москвы не действуют разъяснения п.26 постановления Пленума ВС РФ №20 от 25.06.2019 г

Продолжаю серию статей (опубликовано здесь и здесь) об отменах постановлений МАДИ за парковку на зеленых насаждениях (газоне).

25 июня 2019 года Верховным Судом РФ в п.

26 постановления Пленума № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ» даны руководящие разъяснения, которые должны были произвести переворот практики применения особого порядка привлечения к административной ответственности по ст.8.25, признавшие фиксацию на телефон (видеорегистратор) события правонарушения не подпадающей под признаки автоматической фиксации, без участия или усмотрения какого-либо лица.

Так, в частности, судами должны быть отменены постановления МАДИ о штрафах в г.

Москве, зафиксированные с помощью ПАК ПМ (Программно-аппаратного комплекса «Помощник Москвы»), поскольку нарушен порядок привлечения к административной ответственности, в связи с тем, что отсутствуют доказательства работы ПАК ПМ в автоматическом режиме и должен применяться общий порядок с получением объяснений собственника транспортного средства и составлением протокола об административном правонарушении.

В районном суде

В день заседания по жалобе рассматривались только жалобы по ст.8.25 КоАП Москвы и было много желающих с горящим взором отменить постановления только лишь по основанию, указанному в новом постановлении Пленума.

Но вот что-то пошло не так.

И пронесся слух в коридоре, что есть совсем свежая практика ВС РФ, в виде решения (постановления) по конкретному делу от 19 июля 2019г., якобы признавшая ПАК ПМ средством фиксации, работающим в автоматическом режиме.

Судья в заседании также подтвердила данную позицию и объявила, что доводы жалобы в части ссылки на «новый Пленум» не работают.

Зная вздорный характер фемиды и ее непостоянство, в жалобе был предусмотрен и другой довод классического характера о выбытии автомобиля из владения собственника по договору аренды.

Этот довод и сыграл свою роль. Постановление было отменено. Дело прекращено.

За время ожидания в коридоре, было произведено подряд пять отмен именно по «классическому» доводу выбытия автомобиля из владения, либо по договору аренды, либо купли-продажи. Но ни разу по «новому Пленуму», хотя все на него ссылались.

Да что же это такое? Поиски злополучного решения (постановления) ВС РФ от 19 июля 2019 г.

19 июля было вынесено только одно постановление по делу №5-АД19-42 судьей ВС РФ Никифоровым С.Б., которое прилагается к публикации.

В нем действительно оставлены в силе постановления и последующие судебные акты в связи с привлечением по ст.8.25.

  • Но никаких выводов об автоматическом характере ПАК ПМ постановление не содержит.
  • Видимо, сотрудники МАДИ и Дептранса Москвы в судорожных поисках решения неудобного им Пленума решили ссылаться на судебную практику, не имеющую никакого руководящего разъяснительного значения, лишь бы хоть как то закрыть зияющую брешь в деле получения миллиардов с автовладельцев.
  • Упомянутый довод встретился и в практике МГС, когда представитель МАДИ ссылался на это постановление от 19 июля, но был отвергнут судьей, о чем будет указано ниже.
  • В ответе на жалобу МАДИ ссылалось и на совсем смешное основание в виде того, что Пленум не указал на применимость своей позиции именно в Москве в области природоохранного законодательства.
  • К сожаленью судья Гагаринского суда, не разобравшись, пошла на поводу у чиновников из правительства, что негативным образом скажется на ее решениях, которые будут отменены Московским городским судом, в котором сложилась прямо противоположная позиция.
  • Практика МГС

Просмотрев совсем свежие решения (за конец июля и начало августа 2019)  Московского городского суда у разных судей, как под копирку, приводится одно и то же обоснование незаконности привлечения к ответственности с помощью ПАК ПМ. Некоторые из этих решений приложены к публикации.

Судьи МГС ссылаются на п.26 постановления Пленума и однозначно указывают, что должен применяться общий порядок привлечения к ответственности, при этом действует презумпция невиновности (собственнику ничего доказывать не нужно) и все сомнения толкуются в его пользу.

В связи с чем, постановления МАДИ и решения судов отменяются, а дела прекращаются за недоказанностью обстоятельств.

Будем надеяться, что складывающаяся практика устоится и, более того, будет распространена на вступившие в законную силу, но не исполненные, постановления.

Читайте также:  С 1 декабря узнать информацию о положенных льготах станет легко

Обзор Верховного Суда РФ № 3 о коронавирусе от 17.02.2021 г. Вопросы судебной практики

Другие разъяснения по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) см. в обзорах Верховного Суда РФ:

  • Обзор № 1 (утвержден Президиумом ВС РФ 21 апреля 2020 года)
  • Обзор № 2 (утвержден Президиумом ВС РФ 30 апреля 2020 года)
  • Утвержден
    Президиумом Верховного Суда
    Российской Федерации
  • 17 февраля 2021 года
  • ОБЗОР
    ПО ОТДЕЛЬНЫМ ВОПРОСАМ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ, СВЯЗАННЫМ
    С ПРИМЕНЕНИЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И МЕР ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ
    РАСПРОСТРАНЕНИЮ НА ТЕРРИТОРИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НОВОЙ

  • КОРОНАВИРУСНОЙ ИНФЕКЦИИ (COVID-19) N 3

В связи с возникшими у судов вопросами по применению законодательных изменений и мер, направленных на противодействие распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), в целях обеспечения единообразного применения законодательства Верховный Суд Российской Федерации, руководствуясь пунктом 1 части 7 статьи 2 и пунктом 7 части 1 статьи 7 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. N 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации», полагает необходимым дать разъяснения по следующим вопросам.

  1. I. Общие вопросы
  2. Вопрос 1: Вправе ли суд приостановить производство по делу, если свидетель по делу, специалист или эксперт лишены возможности присутствовать в судебном заседании в связи с принимаемыми ограничительными мерами по противодействию распространению новой коронавирусной инфекции (COVID-19)?
  3. Вопрос 2: Являются ли введенные в связи с распространением на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) меры основанием для приостановления исполнительного производства?
  4. II. Дополнительные гарантии медицинским и иным работникам
    медицинских организаций
  5. Вопрос 3: Какие категории медицинских и иных работников медицинских организаций имеют право на получение специальной социальной выплаты, связанной с оказанием медицинской помощи больным новой коронавирусной инфекцией (COVID-19)?
  6. Имеют ли право на получение такой выплаты работники медицинских организаций, осуществляющие свои профессиональные функции в данный период, если непосредственно оказанием медицинской помощи больным новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) они не занимаются?
  7. III. Вопросы применения гражданского законодательства

Вопрос 4: Имеет ли субарендатор, осуществляющий деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), право на отсрочку уплаты арендной платы на основании части 1 статьи 19 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. N 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» (далее — Закон N 98-ФЗ)?

Вопрос 5: Вправе ли арендатор, заключивший с арендодателем соглашение об уменьшении арендной платы на основании части 2 или 3 статьи 19 Закона N 98-ФЗ, обратиться с заявлением о предоставлении ему отсрочки на основании части 1 указанной статьи?

Вопрос 6: Распространяется ли мораторий на начисление неустоек, установленный постановлением Правительства Российской Федерации от 2 апреля 2020 г. N 424 «Об особенностях предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов», на собственников и пользователей нежилых помещений в многоквартирном доме?

  • Вопросы, связанные с применением Положения об особенностях на 2020 и 2021 годы исполнения и расторжения договора о реализации туристского продукта, заключенного по 31 марта 2020 года включительно, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июля 2020 г. N 1073 (далее — Положение)
  • Вопрос 7: Является ли порядок возврата уплаченных по договору о реализации туристского продукта денежных средств, предусмотренный Положением, обязательным досудебным порядком, без соблюдения которого истец не вправе обращаться с иском в суд?
  • Вопрос 8: Следует ли считать заказчика туристской услуги находящимся в трудной жизненной ситуации, если период существования соответствующего обстоятельства не полностью совпадает со временем действия Положения?

Вопрос 9: Имеет ли правовое значение для целей реализации заказчиком туристского продукта, достигшим возраста 65 лет, права требовать расторжения договора о реализации туристского продукта, заключенного по 31 марта 2020 г. включительно, и возврата уплаченных денежных средств в течение 90 календарных дней с даты предъявления такого требования возраст иных туристов, от имени которых был заказан туристский продукт?

  1. Вопросы, связанные с применением постановления Правительства Российской Федерации от 6 июля 2020 г. N 991 «Об утверждении Положения об особенностях исполнения договора воздушной перевозки пассажира, в том числе о праве перевозчика в одностороннем порядке изменить условия такого договора или отказаться от его исполнения, а также о порядке и сроках возврата уплаченной за воздушную перевозку провозной платы при угрозе возникновения и (или) возникновении отдельных чрезвычайных ситуаций, введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на всей территории Российской Федерации либо на ее части» (далее — Положение об особенностях исполнения договора воздушной перевозки пассажира)
  2. Вопрос 10: Подлежит ли возврату предусмотренная пунктом 6 Положения об особенностях исполнения договора воздушной перевозки пассажира провозная плата до истечения 3-летнего срока пассажирам, не относившимся на дату заключения договора воздушной перевозки к лицам, перечисленным в абзаце втором пункта 10 данного положения, но впоследствии приобретшим соответствующий статус (например, признанным инвалидами I или II группы)?
  3. Вопрос 11: Подлежат ли уплате перевозчиком неустойка, компенсация морального вреда, штраф в случае его отказа от исполнения договора воздушной перевозки и возврата уплаченной за воздушную перевозку провозной платы в порядке и сроки, установленные пунктами 6, 10 Положения об особенностях исполнения договора воздушной перевозки пассажира, либо в добровольном порядке до наступления такого срока?

Вопрос 12: Применяется ли положение абзаца второго пункта 1 постановления N 423 к неустойке, взысканной по решению суда в соответствии с частью 2 статьи 6 Федерального закона от 30 декабря 2004 г.

N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее — Закон N 214-ФЗ) на будущее время?

  • IV. Вопросы применения законодательства о налогах и сборах
  • Вопрос 13: Является ли распространение новой коронавирусной инфекции уважительной причиной для неисполнения налогоплательщиком — физическим лицом обязанности по уплате налогов в срок, установленный законодательством, и подлежат ли в таком случае начислению пени за период просрочки?
  • Вопрос 14: Применяется ли установленный законодательством о налогах и сборах обязательный досудебный (административный) порядок урегулирования споров в отношении требований, связанных с оспариванием отказа (бездействия) налоговых органов в предоставлении субсидий субъектам малого и среднего предпринимательства, ведущим деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)?
  • V. Вопросы применения уголовного
    и уголовно-процессуального законодательства
  • Вопрос 15: Могут ли быть привлечены к уголовной ответственности по статье 236 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) за нарушение санитарно-эпидемиологических правил граждане, инфицированные COVID-19 или контактировавшие с такими лицами?

Вопрос 16: Остаются ли актуальными в период после 12 мая 2020 г.

разъяснения, изложенные в ответе на вопрос 16 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 апреля 2020 г., о праве суда по каждому уголовному делу или материалу, требующему безотлагательного рассмотрения, принять решение о проведении всего судебного разбирательства с использованием систем видео-конференц-связи?

Вопрос 17: Вправе ли суд в период действия введенного в субъекте Российской Федерации режима повышенной готовности рассмотреть вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, обеспечив возможность участия подозреваемого (обвиняемого) в судебном заседании посредством систем видео-конференц-связи?

Вопрос 18: Может ли суд принять решение о рассмотрении уголовного дела или материала с использованием систем видео-конференц-связи, если одна или обе стороны против этого возражают?

Вопрос 19: В период действия введенного в субъекте Российской Федерации режима повышенной готовности в случае рассмотрения с использованием систем видео-конференц-связи материалов по разрешению вопросов, связанных с осуществлением судебного контроля в досудебном производстве и с исполнением приговора, возможно ли поручить удостоверение личности заявителя работникам аппарата суда (помощнику судьи или секретарю судебного заседания) по месту нахождения заявителя, либо эти действия по аналогии с частью 4 статьи 278.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) вправе производить только судья?

Вопрос 20: Может ли в условиях применения мер ограничительного характера по противодействию распространению новой коронавирусной инфекции (COVlD-19) необходимость обеспечения санитарно-эпидемиологической безопасности участников судебного заседания быть признана основанием для проведения закрытого судебного заседания по уголовному делу?

VI. Вопросы применения законодательства
об административных правонарушениях

Вопрос 21: Возможна ли переквалификация действий (бездействия) лица, привлекаемого к административной ответственности по части 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ), на часть 1 статьи 20.6.1 данного кодекса?

Вопрос 22: Подлежат ли применению положения части 2 статьи 1.7 КоАП РФ при производстве по делам об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 20.6.

1 КоАП РФ, в случае отмены правовых норм, устанавливающих правила поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации?

Вопрос 23: Подлежит ли иностранный гражданин или лицо без гражданства привлечению к административной ответственности по части 3 статьи 20.

25 КоАП РФ в связи с неисполнением постановления о назначении административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации в форме контролируемого самостоятельного выезда из Российской Федерации в предусмотренный Указом Президента Российской Федерации от 18 апреля 2020 г.

N 274 «О временных мерах по урегулированию правового положения иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации в связи с угрозой дальнейшего распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» период приостановления течения сроков добровольного выезда иностранных граждан, лиц без гражданства из Российской Федерации?

Вопрос 24: Вправе ли судья возвратить протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ или частью 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, и другие материалы дела в орган, должностному лицу, которые составили протокол, в случае отсутствия в материалах дела сведений, позволяющих идентифицировать физическое лицо, совершившее правонарушение?

Вопрос 25: Является ли основанием для возвращения судьей в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 29.4 КоАП РФ протокола об административном правонарушении, предусмотренном статьями 6.3, 20.6.1 КоАП РФ, и других материалов дела в орган, должностному лицу, которые его составили, отсутствие в протоколе или в приложенных к нему материалах данных об уникальном идентификаторе начисления?

Вопрос 26: Является ли основанием к отложению рассмотрения дела об административном правонарушении ходатайство лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью участия в судебном заседании его защитника, к которому применены индивидуальные меры санитарно-эпидемиологического характера, направленные на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) (далее — индивидуальные меры)?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector